Аббарр. Песок и пламя стр. 92
бистёныша:
– Ты принял взрослое решение, и мы не вправе говорить с тобой как с глупым дитя. Твоя трансформация необратима. Искра пробудится, и пламя ускорит преображение. Ты станешь иным. Но ты в силах сохранить свой разум. Искра – это Дух, а Дух подвластен Воле. Если ты сможешь, ты останешься тем, кто ты есть – отважным, добрым и умным бистом. А если нет… То ты не вспомнишь о прошлом. Тебе будет не о чем жалеть. Не будет больше ни боли, ни страдания.
Зурри погонял ещё немного горошину, затем проткнул вилкой и отправил в рот.
– Ну, так скажем, в Тхару мне не грозило стать красавчиком, а в Дартау – есть шанс, – синий бистёныш улыбнулся от уха до уха. – Тем более мне ещё надо спасти мою принцессу!
Мэйра Тар нахмурилась.
– Это кого же? – наигранно спросила Ашри.
– Сиолу, конечно, – Зурри стал пунцовым. – Её глаза как изумруды, а волосы – чистое золото! В новой форме я смогу противостоять Пожирателю. Я стану ей Орму, а она моей Илламиль. Если б не её собачьи ушки, она была б настоящей элвинг с Парящих островов. Но это не проблема, я ведь тоже без витых рогов Тар Орму родился…
Ашри, Мэйра Тар и Алый Вихрь переглянулись.
– А это отличный план! – Первым пришёл в себя Алый Вихрь. – И, знаешь, девчонкам даже нравятся шрамы.
– Это правда, – кивнула жрица. – Девчонки иногда думают явно не головой.
– Как и мальчишки, – фыркнула Ашри и задумалась.
– А у меня при переходе могут рога как у Вэл Тар Орму прорезаться? – с надеждой спросил Зурри.
– При переходе возможно даже то, что невозможно, – ответила Мэйра Тар, вращая кружку и прожигая взглядом притихшую Ашри.
* * *Коридоры сплетались и расходились, перетекая в залы с высокими, исчезающими в вышине сводами и сужаясь до нор, где приходилось протискиваться гуськом. Последние дни Ашри чувствовала себя какой-то особой формой жизни только и делающей что пробирающейся через туннели, камень и песок. Как личинка моолонга, упрямо и бездумно роющая путь. Только не к Орту, а к Бездне. Но это чувство и ощущение было где-то глубоко, сейчас её путь лежал внутри Обители, по галереям и залам столь же древним и поразительным, как Врата, руины в гиблых песках и развалины Тирха. Но всё равно она ощущала себя ничтожно маленькой и… бессильной?
Ашри посмотрела вверх, и взгляд потонул в мерцающем камне Обители. Зурри совсем притих. Чем глубже они спускались, тем смурнее он становился. Сейчас бы не помешали «золотые» стражи Рионтару: Плаш и Ортас волшебным образом могли поднять настроение малышу. Элвинг улыбнулась и пообещала себе, что если выберется, то обязательно сходит с ними в «Разбитую Гавань». Хорошо бы и синий бистёныш был там… И Клыкарь…
Поначалу Зурри пытался храбриться, иногда даже шутил, но элвинг видела, как в его глазах гаснет огонёк. Даже мысли о Сиоле и её героическом спасении не помогали. Бистёныш шагал молча, всё реже отрывал взгляд от пола, всё чаще накрывал ладошкой значок Рионтару. Псоглавые не оставляли их, сопровождение больше напоминало конвой. Ашри даже начала угадывать в этих одинаковых балахонах тех, кто шёл с ней от самой Башни Орму. А вот того, чьи глаза напомнили Грава, среди них не