Аберрация стр. 287
бы. Из невероятно расширившихся зрачков Карлоса вырвались две короткие тускло-черные молнии, вонзились в светло-голубые как осеннее небо глаза Личи, и мир для него погас.
Дон Аламос отшвырнул безвольное тело директора Интерпола и направился обратно к главной консоли. На центральном экране сияло изображение спайкера — зеркальной пирамиды посреди грязно-бурой равнины, а в его нижней части шел обратный отсчет времени, оставшегося до активации установки.
— Ну, вот и все, — пробормотал толстяк распухшими губами, — проект завершен. А победителей, как говорят здешние разумники, не судят.
— Ты ошибаешься, демиург! — раздался внезапно за его спиной лязгнувший металлом голос.
Латинос стремительно обернулся и замер, не в силах сделать больше ни одного движения, пригвожденный к месту властным жестом стоящего перед ним… Личи.
Глаза Артура светились странным золотистым огнем, и говорил он теперь совершенно с нечеловеческими интонациями.
— Ты совершил тяжкое преступление, демиург, и знаешь, какое наказание ждет тебя!
— Универсум-корректор… — с трудом смог вымолвить парализованный чужой волей Карлос-Призрак. — Я могу… все объяснить…
— Конечно. Именно это ты и сделаешь. Но не здесь… — Личи не договорил, на главной консоли управления прозвучал сигнал минутной готовности.
Аватар универсум-корректора отвлекся лишь на долю секунды, но Призраку хватило и этого. Молниеносным движением он дотянулся до консоли и ударил по красной клавише экстренной активации. Личи тут же вновь пригвоздил нарушителя к месту, но было поздно.
Взвыли тревожные сирены, на экране консоли зеркальная пирамида спайкера вспыхнула ослепительным светом, на миг превратившись в новую маленькую звезду, а в следующее мгновение грянул взрыв. Океан энергии, запасенный для выстрела, вырвался наружу минуя установку, и полигон со всеми постройками, техникой и людьми превратился в клокочущий термоядерный ад. Как и десять лет назад в пустыне Калахари.
Джакарта, штаб-квартира Службы космической безопасности27 мая 2061 года, 10:55 по СМВДвое смертельно уставших людей сидели друг против друга в просторном кабинете директора Службы космической безопасности на предпоследнем этаже двухсотметровой иглы главного офиса СКБ. Все уже было сказано и сделано, и теперь оставалось только ждать. А ожидание, как известно, хуже всего.
— Как вы думаете, господин Шактибинду, — не выдержал Ежи, — есть ли у нас шанс? У нас, у человечества?..
— Шанс есть всегда, — откликнулся индус, — просто его часто не замечают. Еще реже — используют по назначению. То, что вы рассказали о Цветке Хроноса, доктор Костецки, очень важно, но, к сожалению, ваша информация запоздала. Гость вплотную приблизился к границам Солнечной системы, эвакуация идет полным ходом, а термоядерные торпеды летят навстречу пришельцу.
— Неужели ничего нельзя изменить?
— Отчего же? Можно остановить армаду, прекратить эвакуацию. Но это не отменит Столкновения!
— Есть еще «Хронос», — тихо, но твердо сказал Ежи, — и я уверен, Виктор Береснев сумеет перезапустить его в нужном режиме!
— Великий Брахма! — Шактибинду не сдержался и взмахнул руками. — Да кто он такой, ваш Береснев?! Да, он — «геккон», отличный боец, умница, но!.. Он не хронофизик и даже не физик вообще.
— Физик там Бурков…
— И что? Ваш коллега способен в одиночку перепрограммировать сложнейший прибор?
— По-вашему, термоядерные ракеты лучше?
— А по-вашему, выходит, предпочтительнее гибель планеты?
Оба снова замолчали.
— В конце концов, нам не в чем себя упрекнуть, — произнес Шактибинду, казалось, больше для самого себя, чем для собеседника. — Мы сделали все, что могли…
В этот момент ожил экран