AD стр. 37
приватизировать – на него, единственного внука. Потомственным ленинградцам жить проще, у нихрано или поздно умирают бабушки, оставляя большие квартиры, купить которые внуки в новой России никогда бы не смогли.
Катаеву нравилось жить одному. Одно плохо – очень далеко добираться до службы. Контора в центре. Катаев выходил из дома за полтора часа до начала рабочего дня. Шел по пустырю с незавершенным строительством, по улице мимо типового торгового центра, построенного еще при социализме, к остановке общественного транспорта. Ждал троллейбус, чтобы не платить за проезд в маршрутке, – на троллейбус у него был проездной. За полчаса добирался до метро, конечной станции ветки – «Проспекта Ветеранов». Еще сорок минут маялся в подземке до центра. А после пешком до службы.
Такая дорога физически и морально очень угнетала Катаева. Казалось, все вокруг – и прыщавые юнцы, и пигалицы – уже имели собственные автомобили. А Павел Борисович ездил в троллейбусе и в метро вместе с самым безнадежным пролетариатом. Хотя если подумать здраво, в собственной машине добираться до центра даже сложнее: жуткие пробки, особенно утром. И путь на работу занимал бы даже не полтора, а все два часа. Но дело в другом. Толкаясь в троллейбусе каждое утро, Катаев остро чувствовал себя неудачником.
Вот если бы он жил, к примеру,
в Америке! Там следователь – detective – профессия престижная и хорошо оплачиваемая. Хорошая машина, дом в пригороде, страховка, пенсионное обеспечение. А у нас?.. Эх! Что говорить! Как был совок, так и остался. Только хуже. Раньше имелись хотя бы льготы. А сейчас? Куцая зарплата, и все.
Кто-то из коллег, особенно начальники, конечно, устроились хорошо. Курируют бизнес, ездят на огромных джипах, отдыхают за границей. А Катаев ни разу не был даже в сраном Египте или в Турции.
Коррупция…. Нет, становится оборотнем в погонах Катаев не хотел. А как жить иначе?
Без взяток вольготно разве что судьям. У федерального судьи оклад, как у депутата Государственной Думы, и еще куча доплат и компенсаций. Судьям даже не надо брать взяток. Хотя все равно берут.
А попасть в судьи нереально. То есть возможно, но или по большой протекции, или сначала несколько лет быть помощником судьи, работать за еду, таскать за судьей папки и печатать за него все протоколы, постановления, решения и приговоры. Это могут делать опять же одни девчонки. И то не все. Из выпуска Катаева лишь одна стала судьей.
Катаев учился в университете. В настоящем государственном университете, на юридическом факультете. Не в каком-нибудь Водных коммуникаций, и даже не в университете МВД. Он получил самое лучшее в России юридическое образование. Его факультет гордился тем, что выпустил из своих стен уже двух подряд президентов страны!
А толку? Два президента, несколько министров, сотня-другая судей. А все остальные? Либо шакалят в коммерческих фирмах, либо работают за копейки на незначительных должностях в госорганах.
Несколько бывших сокурсников стремительно спиваются.
Павел Борисович расследует убийства. И работает в общем кабинете, а добирается до службы на троллейбусе и метро.
Нет, никакое образование уже не гарантирует комфортного места под солнцем. Казино… как фишка ляжет.
Психолог сказал бы, что Катаев метеозависим. Когда погода становилась хмурой, пасмурной, с неба летела всякая дрянь и дул в уши разносторонний