AD стр. 38
ветер, крутясь то туда на два румба, то обратно, Катаевым овладевало уныние. Напротив, когда небо было чистым, светило солнышко, а под ногами обнаруживался сухой и теплый асфальт, Павел Борисович думал: ничего! Это все ничего! Это еще ничего не значит! Он молод, и все впереди – карьера, семья, все главное, важное и хорошее.
И все бы действительно ничего, с каждым случаются такие перепады настроения. Да только в северном городе, в гнилом парадизе, в этом искусственном раю, построенном на финских болотах, хорошая погода большая редкость. Солнышко – случайный гость. А так постоянно сыро и мрачно, и небо посыпает землю какой-то пакостью, и на душе тоска да печаль.
Катаев не видел перед собой цели, не чувствовал энтузиазма и мотивации, а делал свое дело исключительно по привычке, которую принимал за силу воли и упорство.
После неудачного визита в «А.Д.» Павел Борисович пожаловался начальству. Но, к его разочарованию, на Парнас не обрушились громы и молнии. Руководитель нервно и немного смущенно пообещал Катаеву разобраться и договориться о встрече в офисе холдинга.
Прошло еще две недели, прежде чем на столе у Павла Борисовича зазвонил телефон:
– Здравствуйте! Выведете… эээ… дело о Семене Абрамовиче?
– Да. С кем имею честь разговаривать?
– Я из холдинга «А.Д.». Заместитель управляющего по… неважно. Меня зовут Аркадий.
– Очень рад, Аркадий. Павел Борисович. – Катаев представился подчеркнуто сухо и, с его точки зрения, весомо.
– Вы, кажется, хотели навестить нас?
– Если это теперь так называется. Мне нужно побеседовать с сотрудниками и руководством холдинга.
– Пожалуйста. В среду, часов в пять вам удобно?
Катаев хотел заартачиться и назначить другое время, просто назло, но передумал.
– Да.
– Вот и чудно. Подходите. Просим прощения за инцидент с охраной. Вы человек службы и должны понимать – они действуют по инструкции.
– Не сомневаюсь.
– На ваше имя будет выписан пропуск.
Разговор окончился. «Вот как, оказывается, нелегко получить пропуск в „А.Д.“», – подумал Катаев и усмехнулся над мрачным каламбуром.
Чего ожидал Павел Борисович от этого визита?
А чего он мог ожидать?
Да ничего. Ничего особенного.
Скорее, в нем взыграло глупое упорство: не зря покойный дедушка дал ему имя в честь Павки Корчагина. Если не пускают, стало быть, обязательно надо проникнуть! Вдруг им действительно есть что скрывать?
Дело безнадежно буксовало. До сих пор не нашлось ни одной мало-мальски правдоподобной рабочей версии.
Может, интуиция натолкнет на решение загадки смерти Манделыштейна после посещения офиса его компании?
Слабая надежда.
Всю дорогу Катаев против своей воли думал о том, как он поведет себя с тем охранником, в чине подполковника. Холодное презрение? Торжество? Злорадство?
Нет.
Павка решил, что будет вести себя подчеркнуто спокойно и вежливо. Такая будет его месть – благородная.
У турникета его ждало разочарование. Разочарование имело вид молодого человека в униформе. Подполковника не было. Молодой человек держался спокойно и вежливо. Черт, он казался даже приветливым!
Охранник вручил Катаеву пропуск и объяснил, как найти кабинет Аркадия Валерьяновича, – на третьем этаже в самом конце коридора. Следователь мог воспользоваться лифтом, но решил подняться по лестнице. Его никто не остановил. На лестнице ему никто не встретился. Никто не курил на площадках между этажами: курение было запрещено во всем здании, кроме столовой на первом этаже. На каменных