Алекс и я стр. 113
(restricted gospel). Попугаи и другие домашние любимцы – это не люди в миниатюре. Они самобытные существа. Заслуживают ли они, чтобы о них заботились и обращались по-доброму? Конечно. Серые попугаи – умные существа, привыкшие жить в стае, им требуется много внимания и общения, было бы жестоко завести такого домашнего питомца и оставлять его одного дома на целый день. В то же время это не означает, что у жако или у других животных имеется широкий спектр «политических» прав.
Один из наиболее важных уроков, которые преподал нам Алекс, – урок о месте, занимаемом Homo sapiens в природе. Революция в познании когнитивных способностей животного, важный вклад в которую внес Алекс, научила нас тому, что люди не являются уникальными, высшими существами в природе, как мы долгое время полагали. Идея «отделенности» человека от остальной природы более непригодна. Алекс показал нам, что мы являемся частью природы, неотделимы от нее. Понятие «отделенности» от остального живого – опасная иллюзия, которая давала нам право эксплуатировать всё в природе – животных, растения, минеральные ресурсы. А сейчас мы сталкиваемся с последствиями такого отношения: бедностью, голодом, климатическими изменениями.
Мои друзья, специалисты по экологии, в большей степени, нежели другие ученые, осознают взаимосвязь живых существ в этом мире и их зависимость от неживой среды. Но даже осознание этого факта – достаточно новая вещь в оценке той сложности, которая существует в сообществах животных и растений на локальном, региональном и глобальном уровнях. Большую часть XX века все области науки, включая биологию, были заражены навязчивой идеей редукционизма: стремлением рассматривать предметный мир на разных уровнях дробности – от машины как целого к машине как совокупности частей. Предполагалось, что если машину разобрать, рассмотреть те части, из которых она состоит, то мы и поймем, как весь этот механизм функционирует.
Редукционизм много раз демонстрировал успехи в понимании природы тех составляющих, о которых я писала ранее, и того, как они соединены друг с другом. Например, он дал нам возможность создать компьютеры и эффективные лекарства. Однако некоторые ученые признают, что редукционизм очень быстро отступает от своей цели: понимания того, как устроена вселенная. Он очень быстро теряет возможность объяснить это, поскольку не признает самого понятия взаимозависимости, единства, которое глубоко пронизывает весь мир природы. Не в том смысле, в каком физики ищут конечную фундаментальную частицу или теорию всего. В природе существует единство в значении взаимозависимости всех ее составляющих.
Мои подкованные в научном отношении друзья, не будучи учеными, мгновенно осознавали эту идею и воспринимали ее на интуитивном уровне. «Ощущение, что это правильно» – можно так сказать, если хотите. Деб Ривел (Deb Rivel), моя подруга и член правления Фонда Алекса, выразила это следующим образом: «Алекс показал мне, что значит это единство. То, что я узнала благодаря Алексу, еще раз убедило меня в правильности моих идей: существует лишь одно Творение, одна Природа, одна добрая воля, полная и окончательная Идея, вклад в которую вносят существа всех форм и размеров, они все выражают единство с Богом. Мы не являемся избранными на том лишь основании, что выглядим иначе, чем другие особи. Мы все несем (каждый по-своему) отблеск вечной красоты и гения единого Творения. Этим создается единство – эта оформленная структура мышления и бытия, и