Алексей Ботян стр. 170
людей, в возрасте немного за семьдесят. И что же? Пообщавшись с ними, послушав их разговоры, Алексей Николаевич через некоторое время заявил своему спутнику: «Слушай, а чего мы здесь со стариками-то сидим? Пойдём к молодёжи!»
Он любил жизнь, он по-настоящему ценил каждый свой прожитый день. Всегда бодрый, всегда с улыбкой и шуткой. Так что, пожалуй, из всей той помощи, которую ему оказывали, он в первую очередь нуждался в общении, в людях, в своих друзьях и знакомых. Он, очевидно, лучше всех понимал прекрасные слова Антуана де Сент-Экзюпери про «роскошь человеческого общения» и, как кажется, эта «роскошь» была для него единственно необходимой из всех, так сказать, жизненных роскошей.
Среди тех, с кем он постоянно общался, был и генерал-майор Юрий Иванович Дроздов, в прошлом — легендарный начальник легендарного Управления «С» (простите, но ни у Дроздова, ни у его Управления отобрать этот превосходный эпитет нельзя!), а на тот период также уже отставник, пенсионер, хотя и руководивший аналитическим агентством НАМАКОН. Помнится, Юрий Иванович нам говорил: «Во времена нашей службы больших и частых контактов у меня с ним не было по одной простой причине: на моих плечах лежало всё-таки… подразделений…»
Какая досада! Генерал назвал точное количество этих самых подразделений, входивших в состав его управления, но мы не расслышали, а
переспросить постеснялись. Продолжаем его рассказ:
«Ботян — это интересная личность. Человек, который шёл на острейшие операции, чётко давая самому себе оценку происходящего в то время на том участке, где он работал в боевых условиях. Он давал себе трезвую оценку того, что с ним может произойти, того, что ожидает каждого, кто сталкивался с боевыми операциями. В связи с этим он умел: а) держать в руках лично себя самого; б) заряжать своей энергией других; в) использовать имеющиеся навыки, языковые знания, физическую подготовку, свой опыт — в том числе службу в той же Польской армии, — в интересах выполнения задания. Это удивительнейшее умение, которое необходимо человеку, который находится на серьёзнейшем и опасном участке работы».
Помнится, Юрий Иванович даже вздохнул:
«То, что нам пришлось по-настоящему узнать друг друга только после моего возвращения из Афганистана — ну, ничего не поделаешь, так складывается судьба. То, что мы познакомились, а потом опять встретились через добрых 15–17 лет, это тоже жизненная судьба, но, в любом случае, я знаю его как человека, который полностью и серьёзно посвятил себя защите интересов Родины. И когда он приезжает ко мне — иногда с кем-нибудь вдвоём, иногда даже втроём — мы всегда посидим, поговорим, вытащим бутылку вина или водки, если надо — поздравим друг друга, выпьем, закусим, вспомним…
Было, кстати, как-то я немного приболел, он приезжает: „Слушай, Юрий Иванович, я привёз тебе самое лучшее что ни на есть лекарство!“ — и достаёт бутылку самогона.
Когда идёт общение, застолье — он обязательно добавит какую-нибудь интереснейшую прибаутку, и, я думаю, это говорит о том, что старая гвардия ещё продолжает жить и трудиться!»
К сожалению, повторим вновь, что наша «старая гвардия» — фронтовики — уходит стремительно. Точнее даже, теперь уходит уже её арьергард — последние бойцы. Уже три года как нет Юрия Ивановича Дроздова, недавно не стало и Алексея Николаевича Ботяна.
Ну а тогда, когда мы встречались, работая над книгой «Подлинная история