Алтарь страха стр. 417
руку. Пошептавшись с сидящими в машине, он указал на дом из серого камня, стоящий на правой стороне улицы, чуть дальше по дороге. Из машины вышли двое. И теперь уже втроем они осторожно двинулись к дому. Оставшись в одиночестве, водитель сунул руку под панель, вытащил микрофон, щелкнул выключателем и сделал вызов. Где-то в городе с места тронулись два автомобиля с пассажирами и устремились в указанном направлении.
Не удостаивая взглядом Брэнсома, мужчина, шедший впереди теперь уже многочисленной процессии, взбежал по четырем ступенькам и вошел в серый дом. Его фигура исчезла во тьме, но входная дверь осталась приглашающе открытой.
Оставаясь на противоположной стороне улицы, Брэнсом неторопливо прошел мимо здания, дошагал до следующего угла, остановился и задумался над сложившейся ситуацией, хотя выбор у него был небольшой: или войти в дом, или оставаться снаружи. Если выбрать последнее, то преследование теряет смысл. Придется торчать здесь до тех пор, пока этот тип не поведет его дальше, к другому подозреваемому. А ему так хотелось выйти хоть на кого-нибудь, чтоб получить настоящие доказательства, без которых власти попросту сочтут его фантазером.
Наблюдать же за этим домом несколько дней и ночей — задача по плечу лишь полиции или детективному агентству. В кармане у него как раз лежали адреса двух таких агентств. Но в данной ситуации толку от них было мало — как и полиция, они не знали бы, кого искать. У них на руках окажется лишь описание пяти человек. А Брэнсом после опыта с розыском двух водителей грузовиков слабо верил в эффективность словесных портретов. Упрямые факты настаивали на том, что только он, Брэнсом, может узнать определенных типов в лицо. И следовательно, по возможности ему самому придется управляться с поставленной задачей.
Он обладал достаточным терпением, чтобы возиться со сложными научными проблемами, но болтаться всю ночь вокруг дома в ожидании сладостного возмездия он был не в состоянии. Кроме того, сегодняшняя слежка навела его на мысль о существовании целой подпольной шайки. Ведь он торчал возле бильярдной в надежде отыскать одного человека, а вышел на другого. Стало быть, по крайней мере двое членов шайки посещали одно и то же игорное заведение.
А в недрах этой каменной громады запросто может находиться и третий ее член. А может быть, и все пятеро или шестеро сидят себе за пивом, болтают, смеются и разрабатывают заговоры. Ну и, разумеется, хохочут, как обезьяны, поскольку навесили на хороших людей несуществующие трупы.
Злость закипела в нем, и он понял, что просто обязан войти внутрь и испытать судьбу. Впервые в своей жизни он пожалел, что не носит оружия. Да, впрочем, не в оружии дело. Пусть тупые налетчики проникают в дома и расстреливают спящих, а уж у него-то хватит мозгов, чтобы незамеченным проникнуть куда надо, выяснить что требуется и улизнуть незамеченным.
Надо просто войти внутрь, бесшумно обойти этаж за этажом и узнать, кто в какой квартире проживает, рассматривая на дверях таблички. Если среди них окажется табличка с фамилией Коставика, то этого вполне хватит для доказательства существующей связи между теорией и практикой, и тогда уже можно убираться отсюда, звонить в полицию, и пусть теперь она занимается этим делом и останавливает злоумышленников. И лишь после этого он