Алый трон стр. 294
оставляя меня отдыхать. Вместо этого я расхаживаю по комнате, руки и ноги все еще гудят. В горле першит, хотя выпила я достаточно. Меня пронизывает нетерпение Илама. Впервые вижу, чтобы демон был так взволнован.
Но почему руководство по магии крови так его возбуждает? Разве он сам не осознает своей природы?
Стук в дверь прерывает мои размышления. Это Нали. В руках аккуратно сложенная стопка.
– Моя Ракхти, – говорит она, – я пришла вернуть твою одежду.
Я не могу сдержать расползающуюся по лицу улыбку.
– Спасибо. – Я показываю подбородком на стол. – Сложи туда.
Она подчиняется моему приказу.
– Я не умею читать на староаритсийском, – внезапно говорит она. – Надеюсь, ты умеешь.
– Для меня это труда не составит, – уверяю я.
Она кланяется и выходит из комнаты, не сказав больше ни слова.
Я роюсь в стопке. Под несколькими слоями ткани толстый том в переплете из грубой козьей кожи, название вытиснено золотом по всей обложке: «Истоки и принципы магии крови».
Я сажусь и открываю книгу. Несмотря на потрепанные края и пожелтевшую бумагу, она в отличном состоянии для экземпляра, которому должно быть около ста лет.
Рука скользит по странице.
Это мир белого и желтого. Вокруг меня бродят причудливые существа, но либо они не видят меня, либо им нет до меня дела. Земля дрожит, когда мимо топает слон с головой тигра, ветер треплет мои волосы, когда воздух рассекают аисты с клыкастыми клювами. Они великолепны и в то же время ужасающи.
А самое странное, выглядят они так, словно нарисованы тушью.
Силуэты очерчены черными контурами, а тела бесцветны. Штрихи, придающие им форму, резкие и хаотичные, как будто художник рисовал их в ярости. Когда животные движутся, тушь размазывается. Словно… словно картинки оживают у меня на глазах.
Что происходит? – спрашиваю я Илама.Я не знаю, отвечает он тихо.В середине холста возникает маленькая черная точка. Она растет, расширяется, вытягиваясь вширь, пока не занимает весь фон. Звери ревут, рычат и визжат, и все устремляются в эту черную дыру.
Дыра рассасывается. Возникают новые формы. Люди. Они работают в поле, точат деревянные орудия, готовят еду на костре. Затем та же черная точка появляется у них над головами и начинает увеличиваться в размерах; из нее возникают звери. Рты людей раскрываются в беззвучном крике. Звери и птицы набрасываются на них, вспарывают им животы, перекусывают глотки, выклевывают глаза. Урожай, орудия и кострища остаются без присмотра. Пшеничные поля зарастают дикой травой, орудия ломаются и врастают в почву, пламя гаснет, обращаясь пеплом.
Появляются новые люди. Они грубым оружием отпугивают зверей. Копья, самодельные дубинки, примитивные луки. Звери перекусывают оружие и разрывают людей на куски.
Появляется еще одна группа людей. У них нет оружия, но они смело идут навстречу зверям. Их не успевают растерзать, потому что люди падают ниц.
Звери переглядываются. Один из них выходит вперед – это ужасный кабан с клыками вдвое длиннее тела, с когтями вместо копыт и шипастым хвостом. Люди посылают вперед своего представителя, жилистого мужчину в простой одежде. Человек склоняется перед чудовищным кабаном. Зверь не набрасывается на него, как я ожидала, а качает головой, словно они ведут беседу.
Человек достает из кармана короткий нож и полосует себя по запястью. Одобрительно топнув, кабан пьет чернильную кровь