Алый трон стр. 299
Хочется наорать на него. Вытащить демона из своего разума и забить до смерти. Но это невозможно, и я не должна винить Илама за нежелание признавать свое невежество. Возможно, на его месте я поступила бы так же, будь я сущностью столь могущественной и столь неуверенной в своем происхождении и целях.
Илам извивается у меня в голове.
Я дал силу Кавите при одном условии – чтобы она нашла Рашматун и забрала для меня ее силу. Его речь отрывиста, словно демон раздумывает, не взять ли свои слова обратно. Я помог ей попасть в храм Гханатукх. Объяснил, как манипулировать семьей Гопал, как обмануть всех в храме, чтобы она могла управлять тобой, богиней. Однако ей не удалось выполнить свою часть договора.Я впиваюсь ногтями в ладонь, желтый сапфир впивается в кожу.
Выходит, ее договор распространяется и на меня?И да и нет.Это не ответ, но я не настаиваю. Пока я не хочу этого знать.
Столь особенные условия договора как-то связаны с тем, что Рашматун – демон? – спрашиваю я.Возможно, коротко отвечает Илам.Смех вырывается из моей глотки, словно лавина, которая нарастает и ускоряется. Он визгливый, скрипучий, совсем не похожий на мой собственный. Я смеюсь, смеюсь, смеюсь, запрокинув голову, и волосы бьют по спине.
Меня втянули в эту игру с самого начала. Как бы я ни отрицала Илама, как бы ни старалась сторониться магии крови, мне было ее не избежать.
Боги. Неудивительно, что Асахар так настойчив в поисках Рашматун – и неудивительно, что он не осмелился причинить мне серьезный вред. Неудивительно, что он хотел сохранить все в тайне.
Если Рашматун – демон, значит и остальные Прародители – демоны? Действия и мотивы Асахара обретают еще больший смысл. Ибо, если я нашла способ устранить Рашматун, что мне стоит устранить остальных?
Мой смех стихает. Ракхты узнали, что я не вместилище Рашматун, потому что однажды я ею «стала», когда ее не вызывали; на самом деле слишком частое появление Рашматун нанесло бы непоправимый урон телу ее сосуда. Но с чего они решили, что Рашматун была со мною раньше, если я не владела ее магией?
Я разглядываю желтый сапфир на ладони. Если Чандри запечатала Рашматун, то внутри должен быть один из ее фрагментов. А если так, другие демоны могли ощущать ее присутствие – значит, девять «Прародителей» считали, что во мне живет сила Рашматун, а у жрецов был источник магии, из которого они могли черпать силу.
Илам, ты не замечаешь в этом камне ничего необычного? – спрашиваю я.Я не могу, отвечает он. Ты же читала книгу. Привинду сказал, что твоя кровь отпугивает демонов, кроме того, с которым ты заключила договор. Я даже не могу его коснуться.А как Прародители ощущают силу, заключенную в камне?Они демоны более высокого порядка, отвечает Илам. Совсем иной породы, отличные от известных тебе.Я возвращаюсь к проклятой книге.
Чандри неспроста отдала ее Нудину.
Я заворачиваю книгу в ту же одежду, в которой принесла ее Нали, прижимаю к груди и спускаюсь во внутренний двор Бакхала.
Служанки удивленно квохчут, когда я протискиваюсь мимо, не обращая внимания на их жаркие протесты.
– Ракхти Бинса! – раздается рев Джирташ, не успеваю я ступить под арку. – Что ты вытворяешь?