«Ангельская» работёнка стр. 94
не менее риск следовало свести к минимуму. Они уже установили зажигательную бомбу в фургон и пересаживались в чистую машину, когда случилось нападение из засады. О’Доннелл сказал, что стрелявших было трое и все в балаклавах. Он уложил одного из нападавших, но при этом сам получил ранение в ногу. Поначалу Томми решил, что ИРА проявила несколько большую способность к внезапным действиям, чем можно было от них ожидать. Однако сканер, настроенный на частоту Гарди, перехватил следующую ориентировку: «Промзона на Оссори-роуд, полицейский ранен». Франко кипел от ярости. Нападавшие не представились как гарды и не предприняли ни малейших усилий, чтобы произвести арест. Попытка обокрасть грабителей — что может быть ниже такого поступка? И все же, думал Томми, если бы полицейские действовали по правилам, то их бы ждал вооруженный до зубов отряд подразделения быстрого реагирования, а не три жадных поросенка. И тогда даже у О’Доннелла не хватило бы умений вырваться.
Франко отвез О’Доннелла на место встречи со Скиннером. Такова давняя договоренность: одно сообщение на одноразовый телефон — и тот, кого ранили, передается Скиннеру в том месте, на которое он укажет. Томми с командой даже не будут знать, куда его в конце концов отвезут. Все эти меры предосторожности нужны для защиты Скиннера. Он должен быть чист: никакого криминального прошлого и никаких видимых связей с преступностью. Во время службы в британских вооруженных силах Скиннер получил достаточную подготовку военного медика, чтобы уметь оказывать полевую медицинскую помощь. О’Доннелл сможет залечь у него на дно и восстановиться, если, конечно, ему полегчает.
О’Доннелл стал проблемой, но не самой главной для Томми. Копы ждали их на месте разгрузки, о котором знали только четыре человека, включая самого Томми. Он пытался найти этому разные объяснения, но все время возвращался к одному и тому же: один из четырех — стукач.
Круг доверия отныне разорван.
Среди многочисленных машин полиции, скопившихся у его дома, началось движение. Томми мельком увидел большой отряд полицейских на подъездной дорожке.
Кто-то громко застучал в дверь.
— Заходите, незаперто.
Глава тридцать вторая
Детектив-инспектор О’Рурк глубоко вдохнул, затем выдул воздух и постучал в дверь. Раздалось флегматичное, но громогласное откашливание, после чего загудел знакомый голос комиссара Гарета Фергюсона:
— Входите.
Фергюсон сидел за большим дубовым столом, перекатывая в пальцах сигару. На нем были короткие панталоны, длинная туника и рубаха с пышными рукавами. Ансамбль дополнили кожаные ботинки, которые в настоящее время вместе с ногами покоились на столе. Комиссар всегда отличался особым чувством стиля в одежде, однако подобное сочетание выглядело странным даже для него.
— А, Финтан. Отлично. Ты высокий. Сделай доброе дело, возьми
вон ту клюшку.
Комиссар указал на клюшку для гольфа, прислоненную к книжному шкафу. Растерянный взгляд О’Рурка был встречен раздраженным кивком.
— Да, именно ее!
Как только О’Рурк взял клюшку в руки, комиссар указал на потолок.
— А теперь, как вышестоящее должностное лицо, я приказываю тебе отключить эту чертову дымовую сигнализацию!
О’Рурк посмотрел на устройство, пожал плечами и сделал, что было велено. После третьего взмаха клюшкой прибор разлетелся на три части и упал на пол вместе с парой кусков штукатурки размером с мячики для гольфа и изрядным количеством пыли.
— Отличный удар. Пододвинь кресло.
Фергюсон достал из ящика стола два стакана, графин виски и