Английский экспромт Амалии стр. 101
у него были сын и дочь, Генри Б. Крафт и Сара Б. Крафт. Дочери сейчас должно быть тридцать два года. Сыну было бы двадцать девять, но он, кажется, умер несколько лет назад от алкоголизма где-то в тропиках, так что он не в счет. Жена Крафта скончалась уже давно, в начале 70-х годов.
– Очень любопытно, – пробормотала Амалия.
Стенхоуп весело прищурился и достал следующий листок.
– Теперь подозреваемые. Номер первый: полковник Хоторн. Сорок пять лет, участвовал во второй афганской войне, неоднократно награждался за храбрость. Среди товарищей на хорошем счету. Вышел в отставку после двух ранений. Имеет небольшой собственный доход, что-то вроде ренты. Уважаемый член нескольких клубов, не женат. Часто играет в карты, но удача не всегда ему сопутствует.
Номер второй: Брюс Невилл. Тридцать лет, обаятельный бездельник, ухитряется занимать даже у собственных слуг. В долгу – как в шелку. Смерть Арчи, несомненно, помогла бы ему значительно поправить свое финансовое положение.
Номер третий: Мэри Невилл. Двадцать шесть лет, ничего существенного. Возглавляет несколько комитетов помощи неимущим, хотя сама далеко не богата.
Номер четвертый: Генри Брайс. Бывший военный. Хоть и вышел в отставку, поддерживает старые связи. Не то чтобы богат, но определенно не беден. Давно знаком с Невиллами, Брюсом и Мэри. Частенько играет в карты с полковником Хоторном, но близкой дружбы между ними не замечено. Он…
– Послушайте, – в нетерпении перебила Амалия Стенхоупа. – Почти все это мне уже известно. Я дала вам кусок «железного змея» и список тех, кто мог его заказать. Вы что-то нашли или нет?
Стенхоуп вздохнул, шевельнул брылями и убрал листок обратно в папку.
– Как вы думаете, кто это?
– Я не люблю гадать.
– А все-таки?
– Думаю, это были не Невиллы. И не Генри Брайс, жених Мэри. Не Этель Стерлинг, не Хардли и не приятели Арчи.
– Точно, – подтвердил Стенхоуп без особой радости в голосе. – Змея заказал полковник Хоторн.
Амалия откинулась на спинку кресла.
– Я так и думала. Из расспросов прислуги я выяснила, что он единственный гостил в замке, когда сгорела сторожка, – сообщила Амалия, несколько видоизменив способ добычи информации.
Собственно говоря, прислугу допрашивал Франсуа своим фирменным методом – между периной и одеялом, но вряд ли этот факт что-то значил для Стенхоупа.
– Я нашел человека, смастерившего змея по заказу полковника, – продолжал Стенхоуп. – У него мастерская буквально в двух шагах от жилища мистера Хоторна, и, когда я туда обратился, этот малый мне все выложил.
– Как полковник объяснил свое желание иметь железного змея?
– Он сказал, что тот нужен ему для розыгрыша. – Стенхоуп помялся, а затем продолжил: – Но я не
понимаю, зачем все это ему понадобилось. Он что, надеялся, что герцог будет во время грозы стоять под дубом и его убьет молнией? Абсурд!
– Нет, – сказала Амалия. – Он вообще и в мыслях не имел убивать герцога.
– А как же тогда мышьяк?
– Думаю, что полковник тут ни при чем. По крайней мере надеюсь на это.
– Но тогда получается какая-то бессмыслица!
– Ничего подобного. Смотрите: существует великолепный бриллиант – уникальный, неповторимый. В мире нет другого бриллианта такого красивого сиреневого цвета. И есть человек, решивший этим бриллиантом завладеть.
– Но ведь его можно просто выкрасть, не так ли?..
– Да, но как быть потом? Всю жизнь прятать