Библиотека

Аня из Инглсайда стр. 182

Размер шрифта
-
+
Тема

до смерти волновался эти последние две недели, не мог думать ни о чем другом ни наяву, ни во сне. Миссис Гэрроу живет в Лоубридже и была пациенткой Паркера. Он пригласил меня для консультации. Я поставил диагноз, отличный от его, мы почти поссорились… Я был уверен, что я прав, я настаивал, что есть шанс. Мы послали ее в Монреаль, но Паркер твердил, что живой она не вернется. Ее муж клялся, что застрелит меня, если увидит. Когда она уехала, я места себе не находил, вдруг я все-таки ошибся… быть может, я подверг ее напрасным мучениям. И вот я нашел письмо в моем кабинете, когда вошел. Я был прав, они оперировали, у нее отличные шансы на выздоровление. Девочка моя, я мог бы перепрыгнуть через луну! Я сбросил двадцать лет!

Аня должна была засмеяться или заплакать, и она принялась смеяться. Как прелестно снова чувствовать, что можешь смеяться, хочешь смеяться! Все вдруг встало на свои места.

— Вероятно, именно поэтому ты забыл, что сегодня была годовщина нашей свадьбы? — насмешливо сказала она ему.

Гилберт отпустил ее ровно на те две секунды, что потребовались ему, чтобы подскочить к пакетику, брошенному им на стол.

— Я не забыл. Две недели назад я послал в Торонто заказ вот на это. Но посылка задержалась в пути. Мне было так стыдно сегодня утром, когда у меня не оказалось никакого подарка для тебя, что я решил не упоминать о годовщине, думал, ты забыла, надеялся, что ты забыла. Когда я несколько минут назад вошел в кабинет, там рядом с письмом Паркера лежал и мой подарок. Взгляни. Тебе нравится?

Это была маленькая алмазная подвеска. Даже в тусклом лунном свете она играла и искрилась как живая.

— Гилберт… а я…

— Примерь. Жаль, что она не пришла утром. Тогда у тебя было бы что надеть на этот обед вместо старого эмалевого сердечка. Хотя оно выглядело довольно мило, уютно устроившись в хорошенькой белой ямочке на твоей шейке, дорогая. Но почему ты не осталась в том зеленом платье? Мне оно понравилось… Оно напомнило мне то платье с розовыми бутонами, которое ты носила в Редмонде.

(«Значит, он заметил платье! Значит, он все еще помнил то, старое, редмондское, которым так восхищался!»)

Аня чувствовала себя как птица, выпущенная на свободу, она снова летела. Руки Гилберта обнимали ее, его глаза смотрели в ее глаза в лунном свете.

— Ты действительно любишь меня, Гилберт? Я не просто «привычка» для тебя? Ты так давно не говорил мне, что любишь меня.

— Моя дорогая, дорогая и любимая! Я думал, ты знаешь это без всяких слов. Я не мог бы жить без тебя. Ты всегда даешь мне силы. Есть стих в Библии, который о тебе: «Она воздает ему добром, а не злом, во все дни жизни своей».

Жизнь, казавшаяся такой серой и глупой несколько минут назад, опять была золотой и розовой, в великолепных радугах. Бриллиантовая подвеска скользнула на пол, забытая на этот миг. Подвеска была красива, но было так много о того, что еще прекраснее — доверие и мир в душе, смех и доброта… И давнее спокойное чувство уверенности в том, что любовь неизменна.

— О, Гилберт, если бы мы могли сохранить

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.