Анимагическая форма - Хагрид стр. 63
— не на пол шлёпнулся. Профессор задумчиво его сковырнул, зажевал, подвигал кружку, зачем-то полез в карман.
— Тридцать три! — торжественно закончили подсчёт близнецы, провожая глазами блокнот, выпавший из кармана и умудрившийся попасть в сапог Флитвика.
— Да, это прекрасное место. Жаль, долго нам здесь не пробыть.
Профессор зажмурился и пальцами помассировал глаза. Потом смачно зевнул, деликатно прикрыв рот ладошкой. Иссякшее проклятье забрало много сил.
— Почему? — тихонько спросила Светка.
— Феи, — грустно улыбнулся сонный Флитвик. — Год-два, и нас выживут из кальдеры феи. Это местечко они облюбовали для себя. Здесь же идеальные условия: мягкий климат, вдоволь пропитания и минимум естественных врагов. Лес к западу от дома они уже превратили в свои Поляны — сверху это хорошо видно. Скоро здесь будет новое Царство Фей.
Глава 11
В багаже профессора оказалась личная сова. Пара дней скрупулёзного изучения стен возле превратной башенки, и Флитвик нашёл специальную дверцу-проход для почтовых птиц. Вскрыл, тут же отметив свою сову как единственного пользователя этой «дырки» в большой мир. Но первой в путь отправилась не сова, а возникшая словно ниоткуда феечка, которая с радостным визгом вылетела в Запретный лес. И не волновали малявку никакие щиты-запреты! Флитвик только досадливо вздохнул… и пошёл домой. Чинить препоны феям… он не настолько отважен.
Принесённые почтовой совой газеты порадовали кричащими заголовками: «Жуткий кровавый ритуал в Хогвартсе!», «Бесчеловечная резня в школе!», «Неудачная попытка вызвать демона или ритуальное жертвоприношение?», «Кто в ответе за Хогвартсовскую резню?»
В газетных статьях смаковались страшные подробности некого ритуала, в котором были зверски убиты профессор чар Филиус Флитвик и Рубеус Хагрид, хранитель Ключей Хогвартса. Их останки и следы темномагического чертежа были обнаружены в углях пожарища на месте одного из подсобных помещений лесника.
Хагрид на удивление спокойно воспринял весть о своём сгоревшем доме. Повздыхал, конечно, но возмущаться не стал. Светта с профессором облегчённо переглянулись. Скандал со слезливой истерикой в исполнении полувеликана пережить было бы непросто.
Профессор с удовольствием просматривал крикливые статейки и выглядел совершенно довольным сотворённой пакостью:
— Я на скорую руку создал гомункулов из крови — моей и Рубеуса. Не живых, конечно. Подобным искусством не владею. Просто куски мяса и костей, повторяющих форму наших тел. Их обгорелые частицы должны были обнаружить при раскопках пепелища, магически опознать и… Тут-то и пригодился одноразовый африканский амулет с эманациями смерти сильных волшебников. Выиграл его в карты ещё по молодости лет, кхм. Скорее всего, запрещённая вещь в наших краях, но точно не знаю. Возможно, имеет прямое отношение к некромантии. У африканских шаманов свои законы — на наши запреты им плевать. Давно нужно было от него избавиться…
И что мы имеем в результате? Вот увидите, дети, в следующих выпусках «Ежедневного пророка» будут смаковать подробности о моём сумасшествии. Якобы лишившись рассудка, я решил провести призыв демона, для этого принёс в жертву Рубеуса, но дело закончилось моей гибелью и пожаром. Собственно, именно таков финал девяноста девяти и девяти процентов призывов дилетантами.
— Но профессор, ваша репутация! — охнула Светка, схватившись за щёки.
— Это забудется, — грустно улыбнулся Филиус Флитвик. — Надеюсь, в памяти учеников я всё же останусь учителем и деканом, а не свихнувшимся призывателем.