Аномальная зона стр. 19
а от диска Рогов ожидал, что тот заскрипит, как старый колодезный ворот. Но механизм, похоже, внутрь древней коробки ковбой-хозяин вставил новый.
– В Техасе я не был, – Семен обвел рукой зал, – тем более в те времена… Но уверен, все там так и было. Очень стильно у вас. В Питере не найдешь такого продуманного дизайна.
Тут Семен, конечно, приврал немножко. В том смысле, что судить о дизайне питерского общепита мог только по столовой Главка. Там и впрямь с оформительским решением было не ахти. А так в кафе-рестораны Семен не хаживал, благоразумно предпочитая домашнюю пищу.
– Это мы с женой учудили, – расцвел Данила приятной
открытой улыбкой. – Для привлечения публики. Я с детства ковбойские фильмы люблю. И лошадей. Раньше в колхозе зоотехником был. Теперь колхоза-то нет. Лошадей всех продали…
Семен глянул по сторонам, подумал, откуда же «мустанговые» шкуры по стенам, но скользкую тему затрагивать не стал. На это есть санэпидемстанция. Спросил:
– Ну, и как публика? Привлекается?
– Грех жаловаться. Да у нас и место выгодное – на десять кэмэ взад-вперед конкурентов нет. И просто поклонники появились. Из Пскова за виски каждый день едут. Вот только бы пришельцы не распугали. Слышали, еще один пропал?
– Слышал. Мы в деревне остановились, так что – в курсе событий. И что вы об этом думаете?
Данила пожал плечами:
– Вроде бы бред, какие к черту зеленые человечки… Но люди-то исчезают. Да и следы есть.
– Значит, верите? – прищурился Семен. – В зеленых человечков?
– Не знаю, что и сказать, – смутился хозяин. – Это ведь – как в Бога…
Подошел Рогов.
– Спасибо, дозвонился… Обещали проверить.
– А вот скажите, – обратился Семен к Даниле, – Вы, как и многие другие, называете этих человечков зелеными. А не красными, например. Но ведь их никто не видел! Почему именно зеленые?
Данила подумал с полминуты.
– Наверное, так экологичнее. Цвет леса, травы. Красные – страшнее…
* * *Жора Любимов чесал в голове. Денек сегодня выдался странный. С утра по ноль-два названивал мужской голос, судорожно приговаривая: «Убили-убили, убили-убили». На дополнительные вопросы не отвечал, через некоторое время бросал трубку.
Пять минут проходит – снова звонок. Та же волынка. «Убили-убили, убили-убили». И снова без подробностей. Пробили номер – канал Грибоедова. Помчались. Старикан полоумный в комнате без мебели, сидит на полу: «Убили-убили». Оказалось, соседи по коммуналке украли у него колбасу (соседи, впрочем, клялись, что он сам ее из окна выкинул, целился в бродячую собаку, которая вовсе не была против такой агрессии) и тем самым убили в нем веру в человечество.
Колбасострадальца переправили на Пряжку, в Главк вернулись – и тут Васька со своим загадочным запросом.
В кабинет зашел Виригин. Жора молча сунул ему листок с телефонами Серебрякова Владимира Петровича, члена Союза художников, и с данными Карелова Сергея Николаевича, проживающего по адресу улица Марата дом 35, квартира…
– Чего это? – прочел бумагу Виригин.
– От Рогова запрос.
– На что?
– Вот этих двоих орлов проверить. Кто, что за птицы, и где находятся.
– Зачем они Рогову в деревне? – удивился Максим.
– Якобы гуманоиды их похитили…
– Кто?!
– Ну, пришельцы. На летающей тарелке прилетают и тибрят людей. А наши их ловят.
– Пришельцев?!
– Ну. Соскучились по оперативной деятельности. Вернутся – ты их дежурствами как следует нагрузи.
– До