Анж Питу стр. 614
Питу испустил вздох, похожий на рычание, и снова нырнул в чащу, подобрался на расстояние в двадцать шагов к влюбленным, которые, казалось, были слишком поглощены друг другом, чтобы беспокоиться, кто там хрустит ветками поблизости от них – четвероногое или двуногое.
Молодой человек все же обернулся в сторону Питу, привстал в стременах и бросил вокруг рассеянный взгляд.
Но Питу, чтобы не быть обнаруженным, тут же распластался на земле, вжавшись в нее животом и лицом.
Потом он ужом подполз еще на десять шагов поближе, туда, где можно было различить голоса, и стал слушать.
– Добрый день, господин Изидор! – сказала Катрин.
– Господин Изидор! –
прошептал Питу. – Так я и знал.
И на него обрушилась непреодолимая усталость после всех трудов последнего часа, на которые подвигнули его сомнение, недоверие и ревность.
Двое влюбленных, остановившись друг напротив друга, выпустили поводья и взялись за руки; оба молча замерли, дрожа и улыбаясь, а обе лошади, которые явно привыкли друг к другу, ласкались мордами и приплясывали на мшистой дороге.
– Вы нынче припозднились, господин Изидор, – вздохнула Катрин, нарушая молчание.
– Нынче! – заметил себе Питу. – В другие дни он, похоже, не запаздывает.
– Я не виноват, милая Катрин, – отозвался молодой человек. – Меня задержало письмо от брата, которое пришло сегодня утром: я должен был отослать ответ с тем же нарочным. Но не беспокойтесь, завтра я приеду вовремя.
Катрин улыбнулась, и Изидор еще нежнее пожал руку, которую она оставила в его руке.
Увы! Все это были шипы, язвившие сердце бедняги Питу.
– Значит, вы получили свежие новости из Парижа? – спросила она.
– Да.
– И я тоже! – с улыбкой сказала она. – Разве вы не говорили мне на днях, что если с двумя влюбленными приключается одно и то же, значит, между ними существует родство душ?
– Так и есть! А каким образом вы получили вести, моя красавица?
– Их принес Питу.
– Что за Питу? – беспечно и насмешливо осведомился молодой дворянин, и щеки Питу, без того красные, стали пунцовыми.
– Да вы его знаете, – сказала девушка. – Питу, это парень-бедняк, которого взял на ферму мой батюшка: однажды в воскресенье я приходила с ним под руку.
– Ах да! – подхватил виконт. – У него еще такие узловатые коленки?
Катрин разразилась смехом. Питу погрузился в унижение и отчаяние. Он поглядел на свои коленки, и впрямь узловатые, приподнялся было, опираясь на руки, а потом со вздохом снова шлепнулся на землю.
– Будет вам, – сказала Катрин, – не издевайтесь над бедняжкой Питу. Знаете, что он мне недавно предложил?
– Нет, расскажите, моя красавица.
– Вообразите, он вызвался проводить меня до Ла-Ферте-Милон.
– А вы туда и не поехали?
– Конечно. Я же знала, что вы ждете меня здесь; правда, мне самой чуть не пришлось вас дожидаться.
– Ах, Катрин, знаете ли, что вы сейчас сказали мне поразительную вещь?
– В самом деле? Я и не заметила.
– Почему вы не согласились на предложение этого прекрасного рыцаря? Он бы вас развлек.
– Ну, развлечения хватило бы ненадолго, – со смехом возразила Катрин.
– Вы правы, Катрин, – произнес Изидор, впиваясь в миловидную хозяйку фермы взглядом, полным обожания.
И спрятал зардевшееся личико девушки у себя на груди, заключив ее в объятия.
Питу зажмурился, чтобы не смотреть, но забыл заткнуть уши, чтобы не слушать, и до него донесся звук