Арктическое зло стр. 41
присутствием.
Выпрямившись, Федосеев загасил сигару.
– В последнее время вы, американцы, доставляете мне массу хлопот. Когда дело дойдет до оценки старого долга, я должен буду учесть и это.
Такер выжидающе повернулся к нему. Федосеев начал загибать пальцы:
– Санкции, затем новые санкции… Потом подрыв газопроводов.
– Мы тут ни при чем, – не слишком убедительно возразил Такер.
– Возможно. А может быть, и нет. – Предприниматель строго погрозил пальцем.
Такер выразительно закатил глаза, не желая спорить, – не потому, что боялся обидеть своего благодетеля, а потому, что ему не было никакого дела до геополитики. Теперь не было, после всего того, что ему довелось повидать. Он знал точно лишь одно.
«Собаке я доверяю больше, чем любому человеку».
В гостиную ворвались громкие голоса. Ковальски и Севериненко вышли из кухни. На лицах обоих великанов было написано одинаковое отвращение. Они были похожи на братьев-близнецов, регулярно качающих мышцы в тренажерном зале: у обоих по бледно-розовому шраму на покрытой черной щетиной щеке и еще по одному на бритом наголо скальпе. Оба в прошлом служили на флоте, что проявлялось в их выдубленных соленым ветром лицах.
– Ну, что вам удалось узнать? – нетерпеливо спросил у Ковальски Такер, когда великаны прошли в гостиную.
– Не особо много.
Севериненко потер разбитые костяшки пальцев.
– Но я позаботился о том, чтобы подонок ничего не утаил.
– Так что же он все-таки рассказал?
– Ублюдок не знает, кто его нанял, – недовольно проворчал Ковальски. – И даже зачем. Ему сообщили только адрес, по которому он должен был доставить эту женщину.
– В Москве, – добавил Севериненко.
Такер многозначительно переглянулся с Ковальски.
«Там, где в последний раз видели Михайлову».
Ковальски пожал плечами, показывая, что эти два обстоятельства могут быть никак не связаны между собой. Однако Такер доверял своему чутью.
«Михайлова в этом замешана, но как и почему?»
Ответы можно было найти только в одном месте.
– Нам нужно отправиться в Москву, – решительно произнес Такер. – И проверить этот адрес.
– Я могу организовать транспорт, – предложил Федосеев. Он указал на дверь, ведущую на кухню. – А что насчет нашего гостя там?
– Пока что подержите его у себя, – сказал Такер. – Не хотелось бы предупредить тех, кто его нанял.
– В таком случае лучше просто бросить его в Неву, – предложил Севериненко.
Такер покачал головой. Он не испытывал сочувствия к мерзавцу, особенно после того, как тот стрелял в Кейна. Но, возможно, впоследствии Марич еще пригодится.
Как и кое-кто еще…
Дверь в спальню распахнулась настежь. Оттуда решительным шагом вышла похищенная женщина; глаза гневно сверкали, щеки раскраснелись. Ботаник-исследователь по-прежнему была в том же самом комбинезоне. Из локтевого сгиба сочилась кровь – вероятно, из того места, куда была вставлена капельница. Женщина начала быстро что-то говорить по-русски, показывая, что с нее хватит и она хочет поскорее на свободу.
Врач и медсестра выбежали следом за ней, ласково уговаривая ее вернуться, однако женщина отмахнулась от них. Она обвела подозрительным взглядом гостиную. Не зная, как быть, Такер шагнул ей навстречу и примирительно поднял руку.
– Доктор Штутт, я сожалею, – принес он свои извинения.
Женщина бросила на него яростный взгляд. Такеру хотелось надеяться, что она говорит по-английски.
– Мы тоже хотим разобраться во всем этом. Мы следили за тем человеком, который встретился с вашими похитителями.
Доктор Штутт поднесла палец к багровому синяку под глазом.
– Его наняли, чтобы он доставил вас в Москву.
– В Москву? – Женщина нахмурилась, затем шумно вздохнула: – Зачем?
– Я не знаю. Мы полагаем, что ставки очень высоки. Боюсь, если вы вернетесь домой, то по-прежнему останетесь мишенью.
Ботаник-исследователь заиграла желваками, обдумывая его слова.
– В таком случае что мне делать?
– Вы можете остаться здесь, – предложил Федосеев. – Тут вы будете в полной безопасности.
Женщина снова огляделась по сторонам. Похоже, слова предпринимателя ее нисколько не успокоили.
Такер попробовал подойти с другой стороны:
– Должна существовать какая-то причина вашего похищения. Какой бы она ни была, это определенно что-то важное. Сегодня вечером в Москву прибывает