Библиотека

Арсен Люпен — благородный грабитель стр. 27

Размер шрифта
-
+
Тема

имея, видно, никакого представления, чем теперь заняться. Прошел улицу Санте, затем Сен-Жак. У лавки старьевщика он снял жилет, продал его за несколько су, надел куртку и удалился.

Бодрю перешел на другой берег Сены. Около Шатле его обогнал омнибус. Он хотел сесть в него. Но свободных мест не оказалось. Контролер посоветовал ему купить билет, и Бодрю вошел в зал ожидания.

В этот момент Ганимар подозвал своих помощников и, не отводя глаз от кассы, быстро сказал им:

— Остановите коляску… нет, две, так надежнее. Я поеду с одним из вас, мы проследим за ним.

Полицейские бросились выполнять приказ. Бодрю, однако, не показывался. Ганимар вошел в зал ожидания: никого.

— Какой же я идиот! — прошептал он. — Забыл о втором выходе.

И в самом деле, зал ожидания внутренним коридором соединялся с аналогичным помещением на улице Сен-Мартен. Ганимар кинулся туда. Добежал как раз вовремя, чтобы увидеть Бодрю на империале «Батиньоль — Ботанический сад», поворачивающем за угол улицы Риволи. Ганимар побежал и догнал омнибус. Но потерял своих агентов. Теперь придется одному продолжать слежку.

В гневе он чуть не схватил Бодрю за воротник без всяких церемоний. Разве не преднамеренно, посредством простой, но хитроумной уловки этот, с позволения сказать, кретин оторвал его от помощников?

Инспектор посмотрел на Бодрю. Тот похрапывал на лавке, и его голова раскачивалась справа налево. Рот чуть приоткрыт, на лице — немыслимо тупая гримаса. Нет, такому противнику уж никак не провести старого Ганимара. Просто ему помог случай, и все.

На перекрестке у Галери-Лафайет мужчина перескочил из омнибуса в трамвай, отправлявшийся к Ая-Мюэт. Проехали по бульвару Османа, проспекту Виктора Гюго. Бодрю вышел лишь у станции метро «Ля Мюэт». И разбитной походкой направился к Булонскому лесу.

Он переходил с одной аллеи на другую, возвращался назад, опять забегал далеко вперед.

Спустя час эти маневры, видимо, здорово утомили его. И увидев скамейку, он присел. Место это, расположенное неподалеку от Отей, на

берегу маленького, затерянного среди деревьев озера, было совершенно безлюдным. Прошло полчаса. Потеряв терпение, Ганимар решил начать разговор.

Он подошел к скамье и сел рядом с Бодрю. Зажег сигарету, концом трости нарисовал несколько кругов на песке и сказал:

— Что-то не жарко.

Молчание. И вдруг в тишине раздался взрыв хохота, но хохота веселого, довольного — так смеется помирающий со смеху ребенок, когда не в силах сдержаться. Ганимар совершенно отчетливо, физически ощутил, как волосы у него встают дыбом и оттягивают кожу головы. Этот безудержный демонический смех так хорошо ему знаком!..

Резким движением он схватил мужчину за отвороты пиджака и пристально, напряженно, внимательнее, чем в суде, рассмотрел его, но перед ним был не тот человек, которого он там видел. Точнее, это был он, но в то же время другой, настоящий.

Сконцентрировав всю свою волю, Ганимар постепенно узнавал искрящиеся жизнью глаза, заново лепил маску исхудавшего лица, пытался разглядеть подлинную кожу под поврежденной эпидермой, настоящий рот — за исказившей его усмешкой. То были глаза и рот другого человека, а главное — выражение лица: проницательное, живое, насмешливое, умное, такое безмятежное и молодое!

— Арсен Люпен, Арсен Люпен, — пробормотал инспектор.

И вдруг в припадке злости он сдавил ему горло и попытался опрокинуть. Несмотря на свои пятьдесят лет, Ганимар обладал

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.