Арсен Люпен. Джентльмен-грабитель стр. 23
парижан японской борьбе, когда никто еще не слыхал о джиу-джитсу. Вполне возможно, именно Люпен был тем велосипедистом, который выиграл главный приз на Международной выставке, получил десять тысяч франков и больше никогда нигде не появился. Возможно, Арсен Люпен был тем, кто помог множеству людей во время пожара на Благотворительном базаре и одновременно ограбил их.
Судья помолчал и прибавил:
– Но предполагаемое нами прошлое было лишь тщательной подготовкой к затеянной вами борьбе против общества, лишь прилежной учебой, которой вы отдавали все свои силы, энергию и отвагу. Подтверждаете ли вы правдивость изложенных фактов?
Пока судья говорил, подсудимый, ссутулившись и безвольно свесив руки, переминался с ноги на ногу. Более яркий свет позволил заметить его крайнюю худобу, ввалившиеся щеки, торчащие скулы, землистый цвет лица, красные прыщи и неровную редкую бороденку. Тюрьма губительно подействовала на своего подопечного. Куда девался элегантный молодой человек с приятной внешностью, чьи симпатичные портреты время от времени публиковали газеты.
Судя по всему, подсудимый не услышал вопроса. Вопрос повторили дважды. Он поднял глаза, подумал и, совершив очевидное усилие, прошептал:
– Бодрю, Дезире.
Судья рассмеялся.
– Я не стану считаться с системой защиты, которую вы для себя избрали, Арсен Люпен. Если вы решили разыгрывать безответственного слабоумного, дело ваше. Я буду двигаться к цели, невзирая на ваши фантазии.
И судья
в подробностях описал случаи ограблений, обмана и мошенничества, в которых обвиняли Люпена. Иногда он обращался к обвиняемому с вопросами, но тот сопел и не отвечал.
Потянулась череда свидетелей. Как всегда, обилие незначительных мелочей, как всегда, одни серьезные факты противоречат другим. Все заблудились в тумане противоречий. Но вот вызвали главного комиссара Ганимара, и зал опять оживился.
Однако и старая ищейка поначалу разочаровала публику. Не то чтобы Ганимар мялся или путался – странная неуверенность отличала скорее других свидетелей, – но в нем чувствовалось беспокойство, ему явно было не по себе. То и дело он как-то подозрительно приглядывался к подсудимому, что не мешало ему, положив руки на барьер, излагать случаи, в которых тот принимал участие, рассказать о погоне по всей Европе и об аресте Люпена в Америке. Его слушали с жадностью, как слушают приключенческую повесть. Упомянув о двух разговорах с Арсеном Люпеном, комиссар Ганимар вдруг остановился и задумался. По его лицу было видно, что думает он о чем-то, не имеющем отношения к его рассказу.
– Вы плохо себя почувствовали? Может быть, мы вызовем вас в другой день? – забеспокоился судья.
– Нет-нет, вот только…
Ганимар замолчал, долго и пристально вглядывался в подсудимого, потом сказал:
– Я прошу вашего разрешения посмотреть на подсудимого вблизи, мне бы хотелось разрешить для себя одну загадку.
Ганимар подошел к подсудимому вплотную, долго всматривался в его лицо, а потом вернулся к судейскому столу и торжественно произнес:
– Господин судья, я утверждаю, что человек на скамье подсудимых не является Арсеном Люпеном.
В зале воцарилась мертвая тишина. Судья онемел, как все остальные, а когда, наконец, обрел дар речи, просипел:
– Что вы такое говорите?! Вы с ума сошли!
Но комиссар Ганимар уверенно повторил:
– На первый взгляд, имеется сходство, не спорю. Но если внимательно приглядеться – нос, рот, цвет волос… Нет, это не Арсен Люпен! Я уж не говорю про глаза! Чтобы у Арсена Люпена были глаза алкоголика?
– Погодите, погодите! Что вы утверждаете, свидетель?
– А что