Арсен Люпен. Джентльмен-грабитель стр. 38
Затем спрятал ожерелье в медный ларчик с гербом кардинала и отнес в гардеробную, небольшую смежную комнату с единственной дверью у изножья их кровати. Как обычно, граф поставил ларчик на верхнюю полку среди шляпных коробок и стопок белья, запер дверь на ключ и стал раздеваться.
На следующий день граф проснулся около девяти и решил, что съездит в банк до обеда. Он оделся, выпил чашку кофе и спустился в конюшню, где отдал необходимые распоряжения. Здоровье одной лошади обеспокоило его, и он попросил поводить ее перед ним по двору. Затем вернулся к жене. Та еще не выходила из спальни, сидела перед зеркалом, горничная ее причесывала.
– Вы собрались в город? – спросила она.
– Да… хотелось бы… По нашим делам…
– Разумеется. Чем раньше, тем лучше.
Муж вошел в гардеробную. Через несколько минут послышался вопрос, впрочем, заданный без малейшего удивления:
– Вы забрали его, моя милая?
– Я? Нет, я ничего не забирала, – ответила графиня.
– А куда переставили?
– Я даже туда не входила!
Муж появился на пороге и дрожащими губами едва смог вымолвить:
– Не вы? Неужели? Тогда…
Графиня кинулась к мужу, они принялись судорожно искать ларчик, сбрасывая на пол коробки и простыни. Граф повторял:
– Нет, нет. Зачем? Это бессмысленно! Я точно знаю, что поставил вот на эту полку!
– Вы могли ошибиться.
– Не мог. Я поставил ларчик на эту полку.
Супруги зажгли свечу, потому что в гардеробной было темновато, и вынесли из нее все, что там находилось. И когда все полки оказались пустыми, пришлось с прискорбием признать, что знаменитое «королевское ожерелье» вновь отправилось в изгнание.
Графиня, дама решительного характера, не стала терять времени на стоны и жалобы, а незамедлительно сообщила о пропаже комиссару Валорбу, в деловитости и сообразительности которого они с мужем уже успели убедиться. Ему сообщили все подробности, и он тут же задал вопрос:
– Вы уверены, господин граф, что этой ночью никто не побывал в вашей спальне?
– Уверен. У меня чуткий сон. Скажу вам больше: дверь спальни была заперта. Я вынул ключ из двери, когда жена позвонила горничной.
– Есть ли другая возможность войти в гардеробную?
– Нет.
– Окно?
– Окно есть, но оно загорожено.
– Я хотел бы его осмотреть.
Зажгли свечи, и комиссар Валорб сразу же увидел, что окно загорожено комодом только наполовину, а комод к тому же неплотно прилегает к окну.
– Однако, чтобы пролезть в окно, комод нужно отодвинуть, а сделать это, не подняв шум, невозможно, – сказал граф.
– Куда выходит окно?
– Во внутренний двор.
– Сколько под вами еще этажей?
– Два. Начиная со служебного, все этажи предохранены мелкой сеткой, поэтому у
нас так мало света.
Комод отодвинули и убедились, что окно заперто, чего не могло бы быть, если бы снаружи кто-то в него проник.
– Если только этот кто-то не вышел через нашу спальню, – заметил граф.
Комиссар задумался, потом повернулся к графине.
– Мадам, кто из вашего окружения знал, что вы собирались надеть вчера вечером ожерелье?
– Все знали, я этого не скрываю. Но никто не знает, что ларчик мы прячем в гардеробной.
– Никто?
– Никто… Вот только…
– Прошу вас, уточните, мадам. Это крайне важно.
Графиня обратилась к мужу:
– Я вспомнила про Анриетту.
– Анриетта? Она тоже не знает, как и все прочие.
– Ты уверен?
– Кто