Арсен Люпен. Джентльмен-грабитель стр. 71
уж вранье так вранье! Вам наврали!
Сосед вытащил из кармана визитную карточку и протянул Виктору. Тот прочитал:
Гримодан, бывший инспектор полиции. Частный детектив.Бедняга вздрогнул.
– Так вы из полиции?
– Уже нет, но работа мне нравится, и я работаю… С немалой выгодой. Время от времени нападаешь на золотую жилу. Как в вашем случае.
– В моем?
– Именно в вашем. Дело исключительное, если только вы проявите понимание.
– А если не проявлю?
– Придется. В вашем положении вы ни в чем не можете мне отказать.
Некое смутное и очень дурное предчувствие шевельнулось в душе Виктора, и он попросил:
– Говорите, в чем дело.
– Охотно, – согласился Гримодан, – давайте побеседуем. Начнем с того, что я от мадемуазель де Сенклев.
– Сенклев?
– Наследницы графини Андийо.
– И что?
– А то, что мадемуазель де Сенклев поручила мне потребовать от вас черную жемчужину.
– Черную жемчужину?
– Которую вы украли.
– Я ее не крал.
– Украли.
– Если бы украл, то и убил.
– Вы и убили.
Данегр принужденно улыбнулся.
– На мое счастье, добрый господин уголовный судья придерживается другого мнения. Все присяжные и судья признали меня невиновным. А когда к твоей чистой совести присоединились двенадцать славных парней…
Бывший инспектор схватил его за руку.
– Не тратьте слов, приятель. Выслушайте меня внимательно да хорошенько подумайте! За три недели до преступления вы стянули у кухарки ключ от черного хода и заказали себе такой же у слесаря Утара, улица Оберкампф, 244.
– Вранье, вранье, – забормотал Виктор. – Никто этого ключа не видел. Нет этого ключа.
– Вот он ключ.
Помолчав, Гримодан снова заговорил.
– Вы убили графиню ножом с кольцом на рукоятке, купленном в магазине на площади Республики, в тот же день, когда заказали ключ. Лезвие трехгранное с желобком.
– Глупости вы говорите. Лишь бы сказать. Никто этого ножа не видел.
– Вот нож.
Виктор Данегр невольно отшатнулся. Бывший инспектор продолжал.
– На нем ржавые пятна. Не мне объяснять вам, откуда они взялись.
– И что? У вас нож, у вас ключ. Кто докажет, что они мои?
– Слесарь и продавец, у которого вы купили нож. Я уже освежил их память. Как только они вас увидят, тут же опознают.
Бывший полицейский говорил сухо и деловито с обескураживающей уверенностью. У Данегра все кишки перекрутило от ужаса. Ни следователь, ни судья, ни адвокат не проследовали за ним вот так, шаг за шагом, не наблюдали так отчетливо его путь, который он и сам уже видел как в тумане. И все-таки он постарался показать, что все это ему безразлично.
– Если других доказательств у вас нет… – начал он.
– Есть еще одно. Совершив преступление, вы отправились обратно той же дорогой, вам стало страшно, и в гардеробной вы оперлись о стенку, чтобы не упасть.
– Откуда вы это взяли? – заикаясь, произнес Виктор. – Никто такого знать не может!
– Полиция – да, не может. Никому из господ полицейских не пришла в голову идея зажечь свечу и оглядеть стены гардеробной. Но если присмотреться как следует, то на белой известке виден слабый отпечаток вашего большого пальца, который был еще влажным от крови, когда вы оперлись о стену. Считаю нужным вам сообщить, что в антропометрии отпечатки пальцев – главный признак для опознания.
Виктор Данегр побледнел. Крупные капли пота выступили у него на лбу. Он смотрел безумными глазами