Ашхабадский вор стр. 278
свой ход, а я бы почувствовал его шевеление. Так я думал. А Саидов просчитал, что я буду думать именно так. И нанес удар без подготовки. Немножко по-русски нанес – на авось. Авось из этого что-то да выйдет, не выйдет же – я, хитрый Саидов, все равно улизну, как гюрза в песок. И он переиграл меня, приходится признать. Аллах свидетель, я не оправдываюсь, просто я постоянно прокручиваю в голове, в чем ошибся, можно ли было предотвратить беду...
…Батыр с семьей жил не в городе, а в ауле под городом. Приезжая в его аул, хяким всегда останавливался в доме Батычана Рамнези, своего
друга и дальнего родственника. Так было и на этот раз. Они прибыли вечером накануне праздника, Батыр их встретил... Попробуй не встреть! Дангатар даже не брался сказать, что началось бы, не встреть он хякима. И уж тогда бы точно все его замыслы накрылись в одночасье.
Батыр с многочисленной свитой встретил хякима у въезда в аул, проводил в дом Батычана Рамнези, они с хякимом погуляли в саду, о чем-то побеседовали, и Батыр ушел к себе. Хяким Аллакулыев и те, кто его сопровождал, разошлись по комнатам на отдых.
Примерно около трех часов ночи сработала заложенная в доме взрывчатка. Это были термитные заряды, примерно шесть-семь закладок в разных концах дома. Вряд ли это Батычан Рамнези, который в ту ночь погиб в огне, предал своего друга хякима Аллакулыева. Скорее, кто-то из его домочадцев тайно помогал Батыру... Но кто бы то ни постарался – хяким и его свита легли спать на термите.
А враги все-таки промахнулись – им не удалось убить Аллакулыева сразу. Немалыми трудами, но у Дангатара получилось уговорить хякима перебраться из своей обычной комнаты в комнату, где ночевал Гедай – чемпион Туркменистана по борьбе гореш, которого хяким возил с собой на все праздники (при слове «борьба» Карташ вздрогнул), туркменские праздники обязательно включают в себя состязание по гореш…
Дангатар постучал указательным пальцем по левой стороне груди.
– Скребло нехорошее предчувствие, поэтому я сделал все, чтобы уговорить хякима поменяться с Гедаем комнатами. К сожалению, скребло не напрасно… Борец Гедай в комнате хякима сгорел заживо за считанные секунды... В считанные же секунды дом превратился в костер. Кто-то выбегал из дверей, кто-то выпрыгивал из окон – и они тут же падали замертво на дворе, залитом отсветом пожара. Это люди Батыра, окружившие дом, убивали всех, кому удавалось спастись от огня.
Я выволок хякима из горящего дома. Разумеется, нам готовили ту же участь, что и всем остальным – быть расстрелянными из автоматического оружия с глушителями. Чтобы хоть кто-то смог выскочить из этого ада, двое моих людей прикрыли собой наш с хякимом отход. Они знали, что делают, на что идут. Знали, что играют роль живого щита и что им не спастись. И они выиграли своему хозяину несколько минут жизни… Мы с хякимом смогли преодолеть освещенный участок и скрыться в темноте сада. Укрываясь за деревьями, я довел хякима до ограды. Больших надежд я не питал, но мизерный шанс на спасение определенно появился, и я обязан был сделать все, чтобы его использовать. За нами устремилась погоня. При мне был двадцатичетырехзарядный «Дротик» и запасная обойма