Авантюристка (ЛП) стр. 38
посмотрел на меня, а затем прокашлялся в микрофон.
Он не спускал с меня глаз, когда произносил:
— Есть ли в этой аудитории те, кто подозревают, что Оливия Каспен избегает их?
Калеб поднял руку.
Я опустила голову до тех пор, пока мой подбородок не коснулся моей груди.
— Мистер Дрэйк? — профессор Граббс не скрывал удивления. — Пожалуйста, спуститесь и займите место рядом с Оливией, хочу посмотреть, как она будет изворачиваться.
Я услышала его шаги, затем почувствовала его присутствие рядом, когда он сел на стул. Я опустила голову.
— Вы очень красивый юноша, — сказал профессор Граббс. — Не припомню, чтоб видел Вас так близко прежде.
Я приподняла голову и фыркнула. Профессор Граббс уставился на нас, его глаза перемещались с Калеба на меня с неприкрытым любопытством.
— Во мне проснулась жажда знаний, сэр. Думаю, отныне я всегда буду сидеть так близко.
— Теперь я знаю, что слухи верны, мистер Дрэйк.
— Какие слухи, профессор? — Голос Калеба был веселым и даже слегка поддразнивающим.
— Слухи о том, что Вы полны дерьма. — По аудитории раздался слабый смех. Калеб неустрашимо улыбнулся, купаясь во внимании.
— Чувствуешь себя лучше? — спросил он тихо, когда лекция уже началась.
— Да. Я прекрасно себя чувствую. — Я смотрела прямо перед собой, затаив дыхание от запаха его одеколона.
Когда он засунул руку в сумку, его нога задела мою. Я дернулась в сторону, но было слишком поздно: волшебное, окрыляющее чувство уже поселилось в моем животе.
— Прости, — ухмыляясь, сказал он одними губами. Я сердито посмотрела на него и кинула свой учебник с такой силой на стол, что профессор Граббс сделал паузу в своей лекции и посмотрел на меня.
— Понятно, — сказал Калеб себе под нос. — Если ты будешь делать так каждый раз, когда ты рядом со мной, то окружающие поймут, как сильно ты меня любишь.
Моя челюсть отвисла.
Я старалась слушать лекцию, честно, но к концу пятидесятиминутной половины пары я не могла вспомнить ни единого слова, сказанного профессором. Зато я запомнила запах одеколона Калеба и могла бы вам подробно рассказать о всех движениях, которые он сделал: о постукивании карандашом по учебнику на три счета, о перемещении его ног из-под стола так, что одна из них двигалась вверх-вниз, оперевшись на палец другой, лениво вытянутой ноги. Во время перерыва, я вскочила со своего места, словно пушечное ядро, и понеслась к двери. Он не последовал за мной. Когда же я обернулась, чтобы посмотреть, где он был, то
не смогла его увидеть. Моей первой реакцией было облегчение, которое затем сменилось разочарованием. Возможно, он, наконец, получил сообщение и решил держаться подальше от меня.
Позже он поджидал меня возле входа в спальный корпус. Я выпрямила спину и потратила несколько секунд, чтобы взять свои эмоции под контроль. Дыши, Оливия, он всего лишь еще один парень, а они все сделаны из одного и того же дерьма. Я остановилась в нескольких футах от того места, где он стоял, ведь если бы я подошла ближе и учуяла запах его одеколона, то потеряла бы решимость. Живописная картина. Мы стояли в свете уличного фонаря, находясь в