Автономный рейд стр. 54
отпустить просто так. И это не самый, согласись, тяжкий случай... Другие бы тебя кровью замазали. А я в душегубство тебя не втягивал. Заставил тебя прыть проявить? Заставил, да. Но ты-то сам развлекался? Еще как развлекался. И нечего на меня злобиться, усек — нет?
Нам еще вместе дело с твоим чемоданом, вернее, с его содержимым расхлебывать.
Он говорил, а я себя уговаривал. Мне сейчас, как никогда, нужно было собрать все силы. Собрать всю выдержку и хитрость, которые во мне имелись, чтобы если не исправить — такое не исправишь, — так хотя бы выпутаться.
Полянкин, похоже, уверен, что сделал достаточно, чтобы меня уговорить.
Значит, нужно очень правдоподобно уговориться. Значит, нужно постоянно напоминать себе: я сам виноват. Не он. Я — сам.
— Чего молчишь? Я тебя за язык не тянул! — уже негодовал Михуилище. — Сам ко мне пришел, сам просил помочь. Вот я тебе и помогаю. Не кровью — кайфом своим платишь. Или ты думал — бесплатно будет, без гарантий? Чего молчишь? Ты прикинь: если просто запись с твоими фокусами показать, то ничего тебе, кроме славы, не будет. Секс-гигант ты наш. А вот если ты залупаться начнешь, да если где-нибудь трупешник Принцессы — ну той бабы — с твоим ножичком в горле отыщут, вот тогда — да, тогда тебе пожизненное гарантировано. Не доводи до крайности, возьми себя в руки. К тому ж для чего эта запись? Чтобы ты знал: как только хоть словечко лишнее про меня сболтнешь, меня подставишь — тут же и сам залетишь по полной программе. Мы теперь в одной лодке, парнишка!.. Ну, коль хочется, подуйся, подуйся... Не век же тебе чистенькой девочкой ходить. Не кривись. У каждого из нас есть такое, чего вспоминать не хочется, понял — нет? Или, наоборот, хочется и вспомнить, и повторить. Но чтобы без свидетелей... А?.. Захочешь — обеспечим. Вопросы есть?
«Если в я хотел получить от тебя ответы, — подумал я, с наслаждением предвкушая, как он будет расплачиваться за все, совершенное мной, — ты бы уже плакал от желания поскорее их выложить». Но верно, дело есть дело. Надо выждать — буду ждать. Всему свой срок. И еще об одном я подумал: он назвал зеленоглазую Принцессой. Интересно, это кликуха, или Михуил ляпнул так, от широты эмоций?..
— Пожрать дадите? — уставился я в ближайшую камеру, на которой контрольная лампочка не горела, но зато двигался окуляр трансфокатора.
— Нет проблем. Сейчас Сережа тебе принесет. И без добавок — нам с тобой сейчас ясные головы нужны. Понимаешь... Поверь, я в самом деле хочу быть с тобой откровенным. Мне проще и интереснее, если партнер не требует вранья, понял — нет? А ты пока его добиваешься. Если обижаешься на меня за правду, значит, добиваешься, чтобы я тебе врал. Если настаиваешь — буду. Но ты прикинь: тебе от этого лучше станет? Сейчас — да, я тебя спровоцировал.
Но честно, не скрывая. И ты теперь знаешь: если выдашь мою берлогу властям — загремишь на много-много лет. До этого только я от тебя зависел, а ты от меня нет. Стоило тебе погореть — и я тоже в заднице. А теперь ты в моей безопасности заинтересован так же, как в своей.