Бальдр и Тёмный бог стр. 106
чтобы шли к Сверри. Ещё раз оглядев дымящиеся дома Тронхейма и воинов, наводящих на улицах порядок, я заковылял к долгому дому.
Как я устал… Сейчас бы забраться в бадью и отмокать. Надо послать за Маргрет. Нет, лучше я сам поеду к ней в Хедвиг, а то тут при матери и семействе Харальда не дадут и обнять её до свадьбы — пёс их дери. Завтра же отправлюсь! Попрошу у матери брошь, да и Рагги должен приехать, займусь мечом.
Не земле, прислонившись к земляной стене дома, сидел Кетиль с окровавленной головой. Шлем и меч лежали рядом. Я ускорил шаг и присел перед ним.
— Кетиль? — потормошил я его по плечу без особой надежды. — Ты живой?
К моей великой радости, хирдман открыл глаза, они будто светились на раскрашенном кровью и грязью лице.
— Живой, — улыбнулся он, зубы все были в крови. — Устал только немного.
— Куда ты ранен?
— По голове топором получил, хорошо в шлеме был. А так вроде цел… Я один остался из отряда и отбивался, пока воины Харальда не пришли. А потом силы меня будто оставили.
— Поднимайся, пошли в дом, — я помог Кетилю подняться и предложил опереться на моё плечо.
Мы вошли в двери долгого дома, было шумно, женщины — наложницы Херда и его служанки принимали раненых и попутно готовили пир, мы ведь победили, а значит нужно отпраздновать.
Я посадил Кетиля на скамью и тут же Сольвейг заплясала над ним. Я прошёл по комнатам в поисках Вали. Зачем я позволил ему свободно уйти?! Мать делает меня мягким! Посажу его в клетку, нагадил ведь, стольких людей погубил — должен ответить.
— Где Госпожа? — схватил я за локоть Орнеллу, пробегавшую мимо с ворохом перевязи для раненых.
— В женской половине, конунг…
— А ярд Вали?
— С ней же…
Я выпустил Орнеллу, и она заторопилась прочь от меня с бледным видом. Вчера ведь приставала, а сегодня что, в гневе меня увидела и испугалась?
Подойдя к занавеси в женские покои, я услышал голоса.
— У тебя чистое сердце, Йорунн, сделай ещё глоток, это поможет тебе встать на ноги. Твоё время ещё не пришло.
Я вошёл и увидел мать, сидевшую у постели Йорунн, и свою подругу, державшую в руках чашку. Обе они поглядели на меня и обе улыбнулись.
— Йорунн! — воскликнул я. — Живая!
Она протянула руки мне навстречу и обняла за шею. Я присел на постель рядом с матерью.
— Прекрасная девушка, — проговорила мать.
— Мама, ты можешь вернуть Йорунн молодость?
— К сожалению, это не в моих силах, — покачала головой мать.
В углу комнаты скрипнула доска, я повернулся и увидел Вали, поедающего меня глазами.
— Зараза… — прошипел я, раздув ноздри.
— Ты должен помиловать брата, — строго произнесла мама, успокаивающе погладив меня по запястью. — Ты покажешь себя великодушным вождём.
— Слабаком я покажу себя! — выпалил я. — Дай хоть я посажу его в клетку!
— Нет, — покачала головой мама. — Вали твой брат. Помиловав его, ты покажешь, что способен на прощение близких, все будут стремиться стать твоими близкими, тебя будут уважать и восхвалять. Ты уже покарал конунга Олава и показал, как жестоко обходишься с врагами… Ты победил, Бальдр.
— Ты всё знаешь… Скажи, как ты оказалась здесь? Откуда узнала про битву?
— Я прибыла с