Бальдр и Тёмный бог стр. 45
за поводья.
— Нужно предупредить Хёрда, — сказал я. — Кто-то из вас должен вернуться в Тронхейм.
— Мы все вернёмся, Бальдр! — рявкнул Годи, косясь на Лейфа.
— Мальчик болен, я отвезу его в святилище.
Годи нахмурился, его страшный шрам на щеке потемнел и стал более отчетливо виден под рунами.
— Утрату Лейфа Хёрд не простит, я поеду с вами, — буркнул он, садясь в седло.
— Я вернусь в Тронхейм, — кивнул Бьёрн и, махнув нам рукой, поскакал по дороге назад, в сторону каменистых пустошей.
Мы с Годи понеслись галопом к святилищу. Люди на берегу не стали нас преследовать.
— Не бойся, малыш, — сказал я Лейфу, прижав его к себе.
Мальчик безвольно откинулся головой мне на плечо, я почувствовал, что его белокурая макушка снова пылает.
— Уйдём за холм, и я дам тебе лекарство.
Дорога начала забирать вверх и вышла на гряду. Холодный ветер дул с берега с неистребимой силой, тесня нас к крутому обрыву. Я придержал коня и поехал осторожнее. Я испытывал блаженство, подставляя лицо ветру — он остужал кипящую кровь. Щёки жгло, грудь ныла. Похоже, мне и самому пора принять зелье Йорунн.
Пройдя гряду, мы свернули к чёрной скале, которая скрыла от нас берег и защитила от ветра. Мы остановились возле ручья, сбегающего по каменистому склону с вершины. В выдолбленной временем ложбине образовался небольшой колодец. Мы дали лошадям напиться.
Годи сошёл с коня, умылся и принялся набрать воду во флягу.
Силы оставили меня. Я приложил немало воли, чтобы непослушными руками достать из мешка зелье Йорунн.
— Выпей, Лейф, — я приложил флягу к губам мальчика.
К тому моменту он безвольно обмяк, повиснув в седле на моих руках. Я думал лишь о том, чтобы поскорее добраться до святилища.
— Они увидят тела и погонятся за нами, — произнёс Годи, смерив меня хмурым взглядом. По его лицу стекали капли ледяной воды. И я тоже очень хотел влезть в ручей. Но сходить с коня не решился.
— Надеюсь, у нас будет возможность переночевать и привести себя в порядок, — я приложил ладонь к голове, которая нещадно болела.
— Как Лейф? Что-то он совсем плох.
— У него жар, — произнёс я.
Годи протянул к мальчику широкую ладонь, ухватил пальцами за подбородок и заглянул в нос и в рот.
— Отстань, — пискнул Лейф, пытаясь вырваться, но Годи держал его голову будто в тисках.
— На простуду не похоже, — проворчал воин, выпустив мальчика. — Наверное, в камнях, которые придавили ему ногу, была какая-то падаль, которая попала в кровь, — Годи сморщился и сплюнул на камни, поросшие мхом.
Я часто задышал, осознав, что это моя кровь, попавшая в рану Лейфа, была той самой падалью. И теперь нас с ним одолевал жар одной и той же природы. Маргрет мне этого не простит. Ох, Маргрет, как я мечтал поскорее увидеть её! Я знал, что вблизи неё меня не будут терзать ни страх, ни отчаяние. Я буду знать, ради чего бороться! Лишь одна улыбка, один её приветливый взгляд в мою сторону… Лейф вертелся у меня в седле, и я наслаждался соприкосновением с ним. Я очень хотел, чтобы мне было, ради чего сражаться!
— Ты ведь помчался в святилище к Маргрет? Чтобы предупредить её о гневе Хёрда? — вытянул шею Годи, проведя рукой