Бальдр и Тёмный бог стр. 95
нет, почему вы, мужчины, так об этом переживаете?
— Хорошо, Йорунн, я понял. Я отолью меч из того, что сумею добыть, — я сжал в руке брошь. — Я уже послал Рагги найти запястье Вали у него в усадьбе.
Старуха ласково улыбнулась.
— Вот и хорошо, милый. Наконец, ты начал действовать… А теперь иди, я снова теряю сознание…
— Йорунн, — склонился я к подруге, — не умирай пока. Я сумею защитить Истлаг от Хассера, обещаю тебе.
Йорунн закрыла глаза, и я не был уверен, что она дослушала меня. Я поцеловал её в лоб и пристально вгляделся на то, движется ли её грудь под покрывалом. Когда увидел, что движется, успокоился. Взял кубок и кивнул соратникам:
— Ведите меня отдыхать.
Мы разместились в небольшой комнатке в долгом доме, отделённой от большого зала толстой шкурой. Я сел на постель, она была тут широкая, как у меня в Хедвиге. Годи принялся меня раздевать, ворча под нос и тяжёло вздыхая.
Я допил мёд и протянул Кетилю кубок. Задумался, стоит ли напиваться: без кувшина, а то и двух мёда мне точно не уснуть сегодня — слишком тянули раны, слишком терзалась душа. Но завтра битва, я должен быть в ясном уме.
— Ещё? — спросил Кетиль.
— За ужином ещё один кубок и довольно. Где там еда?
Тут в комнатку вошли служанки. Сольвейг несла в одной руке бадью с дымящейся водой, в другой куль со свежей одеждой. В руках Орнеллы был кувшин мёда и огромное блюдо с мясом, сыром, лепёшками и зеленью.
Я попросил у Годи нож и принялся нарезать мясо помельче окровавленными руками. Девушки распахнули мою рубашку и ахнули.
— Ярл, как ты можешь так спокойно кушать, когда на тебе живого места нет, — удивилась Орнелла.
— Так я не живой, забыла? — хмыкнул я, протянув ей кусочек сыра на ноже.
— Нет, благодарю, ярл, сначала работа… — отказалась она.
Конечно, у самого всё болело, но ни одной женщине не понравится жующий сопли мужчина, разве что этот мужчина ее сын и ему три года от роду. Я дёрнулся, когда Сольвейг прикоснулась к ране. Умная девочка поняла, что я всё же живой, и стала действовать аккуратнее.
Кетиль наполнил кубки мёдом и протянул мне. Подогретый — то, что надо, я так замёрз, так устал.
— Ну, расскажи, как тебе удалось выбраться? — спросил Годи. — Ты удивляешь меня, Бальдр! И восхищаешь!
— Спасибо, Годи, ты тоже восхищаешь меня. Но лучше тебе не знать… Без путешествия в Хельхейм… вряд ли я смог бы уйти от Вали и Олава.
Я полулежал на застеленной шкурами скамье, жевал пищу и пил с соратниками. Сольвейг нежными пальчиками обтирала мне грудь тёплой водой, а Орнелла готовила перевязку для живота. С раной на ноге она уже закончила, туго перемотав бинтами, перед этим раздев меня до исподнего.
Удивительно, но я расслабился и сделался спокоен, несмотря на то, что завтра должна разыграться битва, какой Истлаг ещё не видывал. Мы всегда дружили с конунгами с большой земли, никто никогда на нас не нападал, это мы нападали на южных вождей, на западных, что жили далеко за морем и говорили на другом языке. Мы с конунгом Олавом и конунгом Харальдом были связаны давнишними кровными узами, у нас были общие предки,