Библиотека

Барраяр стр. 171

Размер шрифта
-
+
Тема

Серга; зло, которое он творил, проистекало не от его пороков, но от добродетелей — от стойкости его консервативных убеждений, от страстности его чувства к Карин. У Корделии жутко разболелась голова.

— Мы так и не получили доказательств, что за Ивоном Форхаласом стояли вы, — ответила она спокойно. — Спасибо за информацию.

Эта реплика заставила его на мгновение заткнуться. Он беспокойно покосился на дверь которая должна была вот-вот прогореть и провалиться внутрь.

— Мертвый я бесполезен для вас как заложник, — сказал Фордариан, собрав остатки достоинства.

— А вы мне по-всякому бесполезны, император Видаль, — ответила Корделия честно. — Эта война началась с пяти тысяч погибших. Теперь и Карин мертва. Долго вы еще намерены воевать?

— Вечно, — отрезал он, побелев. — Я отомщу за нее… отомщу за всех…

«Неверный ответ», подумала Корделия со странной, кружащей голову грустью.

— Ботари! — Сержант мгновенно оказался подле нее. — Возьмите эту шпагу. — Он исполнил сказанное. Корделия поставила репликатор на пол и положила руку Ботари на эфес шпаги, накрыв ее своей ладонью. — Ботари, я прошу вас казнить для меня этого человека. — Собственный голос показался Корделии ненормально безмятежным, словно она только что попросила передать ей за столом масло. А убийство и не требует истерики.

— Слушаюсь миледи, — отозвался Ботари, поднимая клинок. Его глаза сверкнули радостью.

— Что?! — изумленно завопил Фордариан. — Вы же бетанка, вы не мо…

Удар шпаги оборвал его слова, его дыхание и его жизнь. Сделано все было предельно аккуратно и чисто, не считая волны крови, хлынувшей из перерубленной шеи. Форкосигану стоило было прибегнуть к услугам Ботари в тот день, когда казнили Карла Форхаласа. Удар был нанесен со всею силой недюжинного роста сержанта, да еще эта необычайная сталь клинка…

Потрясенный круговорот мыслей вернул ее к реальности в ту же секунду, как Ботари упал на колени, выронив шпагу и стиснув виски. Он закричал, словно из его горла вырвался предсмертный вопль Фордариана.

Она опустилась на пол рядом с сержантом, охваченная внезапно вернувшимся ужасом — хотя с той секунды, как Карин схватила нейробластер и начался хаос, Корделия была неуязвима для страха. Ну конечно: спровоцированный аналогичным раздражителем, сержант вспомнил картину, которую барраярское высшее командование приказало ему забыть, — свой бунт и перерезанное горло командира. Корделия прокляла себя, что не подумала об этом заранее. Что, если воспоминания убьют его?

— Дверь уже горячая как печка, — окликнула ее побелевшая, дрожащая Дру. — Миледи, надо уходить прямо сейчас.

Ботари с хрипом хватал ртом воздух и по-прежнему стискивал ладонями голову, но его дыхание потихоньку начало выравниваться. Корделия отставила сержанта, слепо ползущего на четвереньках по полу, и встала. Ей нужно что-нибудь непромокаемое.

На дне гардероба обнаружился прочный пластиковый пакет с туфлями Карин; очевидно, горничная спешно перенесла их сюда, когда Фордариан своею императорской волей приказал принцессе переехать к нему. Корделия вытряхнула туфли, обошла кровать и положила откатившуюся в сторону голову в мешок. Ноша оказалась тяжелой, но все же легче репликатора. Она туго затянула завязки.

— Дру. Ты в лучшей форме. Понесешь репликатор. Спускайся. Не урони его.

Корделия решила, что если она уронит голову Фордариана, хуже тому уже не будет.

Друшнякова кивнула и подняла репликатор, прихватив и брошенную трость-шпагу. Корделия не знала, зачем девушке клинок: захотела она сохранить его из-за исторической роли или позаботиться об

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.