Бархатные горы стр. 149
ночной воздух ударил в лицо, словно ее бросили в ледяную воду.
— Ведите ее наверх, — велел Роджер, — и заприте в восточной комнате.
Незнакомый человек почти нежно поднял обмякшую Бронуин.
— Развязать ее?
— Валяй! Пусть орет, сколько ей вздумается. Все равно никто не услышит.
Бронуин не открывала глаз и повисла на нем мертвым грузом. Но старалась не терять сознания. Принялась считать от одного до десяти, вспомнила имена всех детей Тэма и их возраст. К тому времени, когда незнакомец положил ее на постель, она уже вовсю размышляла о побеге. Необходимо скрыться именно сейчас, пока в замке царит суматоха по случаю приезда хозяина.
Но как трудно было оставаться неподвижной и безжизненной, пока неизвестный осторожно развязывал ей ноги. Она старалась не двигать щиколотками. Сосредоточилась на ступнях, стараясь не замечать тысячи болезненных игл, вонзавшихся в запястья.
Последним вынули кляп. Она сжала губы и попыталась языком увлажнить небо. И продолжала лежать неподвижно, пока человек касался ее волос и щеки. Зато мысли лихорадочно метались. Она проклинала дерзкие прикосновения, но по крайней мере это дало ей время немного прийти в себя, и кровь снова спокойно потекла по жилам.
— Некоторые люди получают все, — завистливо вздохнул незнакомец, прежде чем встать с кровати.
Бронуин ждала, пока не услышала шаги. Оставалось надеяться, что он
наконец уходит. Чуть приоткрыв глаза, она увидела, что он переминается у двери. Бронуин слегка повернула голову и увидела кувшин на столике у кровати. Она с трудом дотянулась до кувшина, схватила его и швырнула в противоположную стену. Оловянная посудина с грохотом покатилась по полу. Человек повернулся и поспешил на шум. Не успел он опомниться, как Бронуин сорвалась с кровати и метнулась к двери. Правда, щиколотка один раз подвернулась, но она, не оглядываясь, продолжала бежать. Схватилась за ручку, распахнула дверь, захлопнула и задвинула тяжелый засов. Ее тюремщик заколотил в дверь, но массивные дубовые доски заглушали звуки.
Услышав шаги, она едва успела скользнуть в нишу темного окна, прежде чем увидела Роджера Чатворта. Тот остановился у двери, послушал стуки и неразборчивые вопли, довольно улыбнулся и направился к лестнице.
Бронуин позволила себе всего несколько секунд отдыха, чтобы успокоить колотившееся сердце и впервые за это время растереть ноющие щиколотки и запястья. Осторожно растирая больную щеку, она крадучись вышла из тени и последовала за Роджером. Тот спустился вниз, повернул налево и вошел в комнату. Бронуин остановилась в тени у полуоткрытой двери. Отсюда было прекрасно видно происходившее в комнате. На столе, окруженном четырьмя стульями, горела толстая свеча.
За столом, в профиль к Бронуин, сидела прекрасная незнакомка в блестящем, переливающемся платье из атласа в фиолетово-зеленую полоску. Тонкие черты ее лица были идеальны, от крохотного ротика до голубых миндалевидных глаз.
— Зачем тебе понадобилось тащить ее сюда? Я думала, ты можешь получить ее, где и когда захочешь! — злобно прошипела женщина скрипучим голосом, так не подходившим к ее внешности.
Роджер сидел в кресле лицом к женщине и спиной к Бронуин.
— Не вышло. Она ничего не захотела слушать о Стивене. Я пытался рассказать, но…
— Тебя? Не слушала тебя? — издевательски хмыкнула женщина. — Пропади пропадом все мужчины Монтгомери! Кстати, что делает Стивен при дворе короля Генриха?
— Вроде бы умоляет короля прекратить набеги на Шотландию, — отмахнулся