Библиотека

Батареи Магнусхольма стр. 46

Размер шрифта
-
+
Тема

сажали на крайний стол, раскручивали и с силой толкали вперед. Если пиво было густое и правильно сваренное, тогда толстяк проезжал на заднице по всем столам и соскакивал на пол. А если пиво было плохое — то, соответственно, не скользил и оставался лишь при намоченных штанах.

Скорость, с которой «чешуйка» погружалась в кружку, хозяина погребка вполне устроила. Потом Барсков повез в другой дружественный погребок второй бочонок, а Лабрюйер с Орловым уселись в углу — наслаждаться пивом.

— Нет, никто ничего умного не придумал, — рассказывал конюх. — А всякую дурь городят.

— Насколько я понимаю, в цирке обязательно должен быть крысиный яд.

— Что, им собачек потравили?

— Им самым.

— Ну, тогда все на нас, конюхов, показывает — у нас в шорной этого яда большая банка, знаете, из-под табака? Иначе крысы не то что по ногам — по головам ходить будут.

Про банку с ядом Лабрюйер знал — но ждал результатов вскрытия собаки. И хотел, чтобы Орлов сам заговорил об этом.

— А что, конюхам собачки мешали?

— Ну что такое собака на конюшне? С одной стороны, положим, чужой ночью так просто не войдет — лай подымут, дежурного конюха переполошат. С другой — лошади из-за них, бывает, беспокоятся. На ипподроме, скажем, собаки все время живут, лошади к ним успевают привыкнуть. А в цирке — не так…

— Знала ли про эту банку с отравой та выпивоха, которая раньше за собаками смотрела?

— Аннушка? А ведь могла знать. У нее с Мартином, здешним дворником, было это самое… в шорной их как-то на горячем прихватили…

— Вроде складывается… — проворчал Лабрюйер. — Мадмуазель Мари больше в цирке не появлялась?

— Появлялась! Ей один господин, узнав про беду, обещал других собачек подарить. Ну, коли подарит да коли она их школить начнет — тут уж мы все начеку будем!

— Кто еще? Из конюхов то есть?.. У вас, я заметил, служит молодой парень. Может, ему мадмуазель понравилась, да оказалась горда, и решил отомстить?

— Так ведь в шорную и наездники заходят, и даже дамы. Вон Шварцвальдиха, у нее две лошади, она со мной уговорилась, своего конюха у нее нет, не нанимать же ради двух лошадей. Она ко мне сюда приходит, потому — со сбруей вечная морока, там же всякой дряни понашито! Эта дрянь обрывается, теряется, а мне — чини! И голуби, пташки чертовы, гадят!

Орлов объяснил: Шварцвальдиха имеет несложный, но красивый номер, выезжает на колеснице, окруженная белыми голубями, колесница увита искусственными цветами, лошадь тоже вся в розовых бутонах и гирляндах. Публике нравится, а конюху — горе.

— Фрау Шварцвальд… или она, как многие артистки, предпочитает считаться незамужней девицей?

Орлов рассмеялся.

— Кому другому пусть дурит голову! Замужняя! Да только притворяется — чтобы поклонников завлекать.

Расставшись с Орловым, Лабрюйер пошел в Полицейское управление и отдал фотографические карточки. Потом неторопливо вернулся в «Рижскую фотографию господина Лабрюйера».

Там Каролина и Ян обслуживали очередную мамашу с капризным чадом. Чтобы не слышать воплей раскормленного ребенка, Лабрюйер пошел на поиски отставного городового Андрея.

В дворике Андрея он обнаружил сбежавшего с уроков Пичу, но не стал ему читать нотаций, а скинул пальто и попросил у Андрея еще одну палку для метлы. Пича, понятное дело, был в восторге, а Лабрюйер, вооружившись

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.