Бедный Павел. Часть 2 стр. 167
нужны.
— За это хвалю, а всё-таки дальше-то, что делать будем?
— Продажу меха переориентируем на Восток — в Персию и Турцию, там готовы покупать много и дорого. Пробуем также с Индией торговать — там есть большие нелюбители Англии, готовые покупать именно наши меха. В этом году собираемся начать. В Европе же нам надо торговлю под себя подмять, а в Китае хочу попробовать не через Кяхту продавать. Из Кяхты до покупателей шибко далеко, да и Цинцы сильно уж цены нам сбивают — в Китае-то пушнина дороже!
— Ну, излагай свои прожекты, Севастьян!
План Губкина был красивым, довольно проработанным и, несмотря на то, что отдельные детали мне были известны, придуманная главой приказа картина стала для меня сюрпризом, причём приятным. В Китае Александр Строганов быстро понял, что серьёзно улучшить отношения с китайским Цинским правительством он сможет только располагая большими средствами на взятки. Нет, не так — огромными средствами на взятки!
Агенты, которых мы смогли пристроить в миссию, наладили очень слабые контакты с дворцовыми евнухами и, уже в результате чистого везения с адептами националистической секты Белого лотоса, люто ненавидившими маньчжурскую империю, поработившую Китай. Строганов осмотрелся и помощью евнухов познакомился с одним очень жадным молодым Цинским чиновником, неким Нюхюру Хэшэнем.
Хэшень быстро рос в чинах, его называли фаворитом императора, но он очень любил деньги. И хотел их иметь значительно больше, чем мог сейчас получить, даже занимая очень высокую должность. И этот маньчжур просто мечтал контроль над всей торговлей мехом Китая. Однако захватить такой кусок официально ему никто бы не позволил, но вот Строганов готов был помочь ему сделать это тайно.
Хэшень был очень жаден, но и очень осторожен — сам засветиться в контрабанде он не мог. Поэтому Александр задумал ещё более рискованную аферу, в которой уже не только ему, но и всей Российской Империи предстояло пройти по лезвию. Нашей ставкой в этой игре могло стать полное прекращение торговли с Китаем, а то и война с Цин. Предсказать реакцию императора Цаньлуна на такое нарушение наших соглашений было сложно. Вот поэтому-то и требовалось моё согласие.
Риск был велик, с другой стороны, возможный выигрыш также был очень большим. Мы могли увеличить наши доходы от меховой торговли с Китаем примерно в десять раз. Причём сделать это в том числе за счёт наших соперников на этом рынке — Британской Ост-Индской компании. Это было заманчиво…
В целом, этот проект выводил в прибыль не только нашу меховую промышленность в целом, но и делал вполне окупаемой деятельность Шелихова в Америке. Давал возможность захватить китайский рынок пушнины полностью. Так что, я был практически вынужден согласовать план Губкина-Строганова, но с уточнением — контрабанду провозить под видом англичан, все действия представить как личную инициативу послушника Иркутского Вознесенского монастыря Александра… Ох…
В Европе же план Мехового отделения был нацелен на захват розничного рынка, и только впоследствии на продажи. Здесь я мог помочь как в силу своего богатого опыта прошлой жизни, так и пересечения планов Севастьяна с моими.
⁂ ⁂ ⁂— Дорого́й тесть, Константин Николаевич! Присаживайтесь! — я встречал Маврокордата в кабинете, где уже был накрыто небольшое угощение. Он прибыл ко мне.
— Ваше Высочество! — отец Маши не отказался от бокала вина́