Белла, чао! стр. 36
Он не хотел быть грубым – его вынудили.
…Дома Африкан открыл бутылку, налил себе стопку и… не выпил. Ощущение оказалось очень странным – словно пить было еще рано. Да, рано! Сегодня выдался тяжелый день, но еще не все испытания пройдены.
Не испита другая, та, невидимая чаша…
Надо было сделать еще кое-что. То, что наполнило бы чашу страданий до конца и позволило бы ему с чистой совестью приникнуть к источнику утешения…
* * *…Льдины еще шли по реке, но Тимура это мало волновало. Он собрал рюкзак, достал моторную лодку и, преодолевая течение ставшей полноводной, неуправляемой реки, все-таки перебрался на другой берег. Пока пытался причалить, боролся с течением, разбил-таки лодку и сам нырнул…
Но ничего, выплыл, жив-здоров.
Вылез на берег, быстро переоделся в сухое (рюкзак был хорошим, надежным, вещи в нем не промокли). На подобные мелочи Тимур не обращал внимания – сказывалась служба в горячих точках. После тех испытаний, что выпали там на долю Тимура, купание в реке – цветочки…
Не дожидаясь автобуса, пешком отправился в Михальск (а чего ждать два часа автобус, если за час до города можно дойти?).
Тимур только об одном думал – как зайдет сейчас к Раисе Григорьевне, тетке Беллы, а там – сама Белла… Она там, а где ж еще! Когда Тимур думал об этой встрече, о том, как удивится его невеста, как он прижмет ее к себе – судорога пробегала у него по лицу.
…Дверь распахнулась, на пороге стояла Раиса Григорьевна, со своим знаменитым пучком на голове.
– Ой, Тимур, мальчик наш дорогой! – растерянно, радостно пропела женщина.
Ничего не ответив, Тимур отодвинул ее, прошел в квартиру. Обошел все комнаты – никого. Может, Белла вышла в магазин?
– Раиса Григорьевна, где Белла? – коротко спросил мужчина.
– Я так и знала, что ты Беллу придешь искать… А нет ее! – засеменила к Тимуру женщина, жалостливо глядя ему в глаза.
– Как – нет?
– Она в Москву уехала! За иродом этим… С вокзала мне позвонила, сказала, что билет взяла, едет. Я хотела ее отговорить, но она и слушать не стала…
Тимур мысленно выругался.
Он так хотел увидеть Беллу, он был абсолютно уверен в том, что девушка здесь, он так жаждал увидеть ее, прикоснуться к ней, что известие о ее отъезде привело его в яростное исступление. Он сгорал без Беллы, он погибал!
Все то, что Тимур носил в себе целый год, с прошлой весны, что копилось в нем неотвратимо и постепенно – эта любовь, эта страсть, – теперь убивало его.
И только Белла могла его спасти, только она одна могла потушить этот пожар. «Она в Москве. Но ничего, я тоже туда поеду. Это хорошо, что я адрес Генкин у Анжелки догадался спросить!» – похвалил себя за находчивость Тимур.
Он наспех попрощался с Раисой Григорьевной и бросился на вокзал. В девять вечера на Москву шел фирменный поезд, в десять – обычный…
У касс была давка: ходили слухи, что билетов осталось мало, всем не достанется. Тимур принялся «строить» очередь, чтобы никто не лез вперед, наорал на какого-то заполошного мужика, который толкал всех своим чемоданом, заставил пропустить вперед беременную женщину…
– Граждане, ведите себя прилично, сегодня на всех билетов