Белый индеец стр. 118
не первые и не последние, кто пытается оскорбить меня.
Она залпом выпила содержимое рюмки, и этот поступок удивил Ренно больше всего.
Нетти взглянула на него и сказала:
— Большое спасибо. Я в долгу перед тобой.
Зеленые глаза завораживали. Ренно снова подумал о тех женщинах.
Хаггерти и бармен понимающе переглянулись и скромно отошли в сторонку.
— Если хочешь, — сказала Нетти, — пойдем со мной.
Немного смущенный, Ренно следом за ней вышел из общего зала и поднялся вверх по лестнице. Мысли его вертелись вокруг ее качающихся бедер. Ренно и Нетти вошли в большую комнату, где стояло несколько стульев и стол с масляной лампой. Тяжелые шторы были отдернуты, а основную часть помещения занимала огромная кровать с пуховой периной. Ренно еще никогда не видел такой большой постели.
Нетти заперла дверь, достала с полки графин, два стакана и предложила Ренно выпить. Он покачал головой. Нетти быстро проглотила свою порцию.
— Ну а теперь, — заговорила она, — надеюсь, ты удовлетворишь мое любопытство. Я никогда не видела белого, одетого, как индеец. Кто ты?
— Я Ренно, старший воин сенеков, сын Гонки, великого сахема.
Она провела рукой по волосам.
В подтверждение своих слов Ренно указал на висевшие за поясом скальпы. Англичане всегда смотрели на них с отвращением.
Оказалось, Нетти и не думала сомневаться в его словах.
— О, я знаю, ты не шутишь. Но ты ведь понимаешь, что ты белый?
— Моя кожа такого же цвета, что и твоя, — с достоинством проговорил Ренно. — Но я — сенека.
— Ты мне нравишься.
Ренно понимал, что это означает, и был потрясен. Англичане, в отличие от индейцев, не очень заботились о том, что говорят.
— Садись, — Нетти указала на самый удобный стул. — Я не могу разговаривать стоя.
Ренно предпочел бы сесть на пол, но вежливо подошел к стулу.
— Богу известно, я не леди, — заявила девушка. — Хотя люди говорят, если я постараюсь, то буду на нее похожа. Я зарабатываю на жизнь, как умею. В Лондоне, Бостоне, а теперь здесь. До сих пор ни один мужчина не посмел меня осудить, по крайней мере в лицо. Но когда они видят меня в церкви или на улице, то притворяются, что меня не существует. Ты понимаешь, что я имею в виду?
Ренно покачал головой. Эта женщина была очень красивой, и в ней был тот же внутренний огонь, что и в Деборе. Именно этого недоставало Йале. Но Ренно так и не понял, что Нетти хотела ему сказать.
— Они платят мне, и платят много, когда им нужна шлюха, — продолжала Нетти. — В остальное время они ведут себя точно так же, как их жены. Эти двуличные святоши просто завидуют мне. На них мне наплевать. Но вот мужчины! Если они ненавидят меня, пусть будут честными до конца. Я не могу, когда со мной обращаются, как с животным.
Ренно вспомнил о Я-го-не, благородном медведе.
— Многие животные гораздо лучше людей.
Нетти рассмеялась:
— Никогда об этом не думала, но ты прав. В общем, я просто хотела сказать, что понимаю, что ты чувствуешь, когда такая дрянь, как Джефри Уилсон смотрит на тебя косо только потому, что ты индеец.
Ренно удивился, посмотрел в ее блестящие глаза и поверил, что она действительно все понимает. Он обрадовался, что