Белый индеец стр. 120
я хочу, чтобы он пошел. Он может жить с нами в доме нашего отца.
Ида Элвин задохнулась:
— Но это невозможно! Уолтер беспомощен. Страшно даже подумать, что может с ним приключиться у ди… Я хотела сказать индейцев.
— Я не согласна с вами, тетушка, — Дебора, как всегда, говорила прямо. — Я знаю сенеков. Уолтер получит отличную возможность обрести уверенность в себе.
— Меня никто не спрашивал, — произнес Авдий, — но я думаю, что Дебора права. Всемогущий даровал этим детям возможность понимать друг друга. Вы видите, как изменился Уолтер. За такое короткое время он стал увереннее и самостоятельнее. Не кажется ли вам, чтобы было бы ошибкой разлучать их теперь?
Дебора поднялась, в знак благодарности пожала священнику руку и тут же отошла в сторону. Ренно внимательно смотрел на Авдия. Удивительно, но ни белый хранитель веры, ни сама Дебора не понимали, что предназначены — друг другу.
Ба-лин-та ждала ответа брата. Для нее мнение старшего воина значило гораздо больше, чем желание матери Уолтера.
Уолтер с тревогой наблюдал за Ренно.
— Я… я боюсь, — промолвила Ида.
— Семья Ренно и Ба-лин-та были добры ко мне, — напомнила ей Дебора.
— Но ты не глухонемая! — вспылила тетушка.
— Через несколько недель полковник Уилсон отправится в селение сенеков, чтобы заключить союз с ирокезами, — сказал Авдий. — Я с радостью поеду с ним, если, конечно, он не будет против, и вернусь вместе с мальчиком.
Ба-лин-та покачала головой:
— Уол-тер хочет пожить у нас подольше. Мне тоже хочется, чтобы он остался в деревне сенеков на много месяцев.
Тетушка Ида была поражена.
Ренно знал, что все ждут его решения, он собрался с мыслями и скрестил руки на груди:
— Те, кто не может говорить или слышать, получают другие дары маниту. Сенеки чтят таких людей. Может быть, маниту явятся Уол-теру в видениях и предложат ему помощь.
Ба-лин-та радостно захлопала в ладоши, а в глазах Уолтера зажегся огонек.
Дебора испугалась, что упоминание о языческих божествах заставит священника изменить точку зрения, но Авдий удивил ее.
— Мы должны следовать по пути, указанному Господом, — пробормотал Дженкинс. — Мы не вправе решать за него, какой путь нам следует избрать. Пусть духи сенеков помогут ребенку. Он отправится с моим благословением.
Последние возражения тетушки Иды были отвергнуты, остался только страх. Больше всего на свете она хотела, чтобы ее несчастный сын жил нормальной человеческой жизнью, и ничем не могла ему помочь.
Ренно знал, как повела бы себя в подобных обстоятельствах Са-ни-ва, и почувствовал симпатию к этой гордой женщине.
— Никто не причинит Уол-теру вреда, — торжественно пообещал Ренно. — Ба-лин-та — дочь Гонки, великого сахема, и Ины, хранительницы веры, и Уол-тер будет их сыном.
Тетушка Ида не могла допустить, чтобы люди видели ее слезы, и отвернулась к огню. Она всегда так ненавидела индейцев, а теперь должна доверить им своего сына, надеясь, что дикари смогут дать ему то, чего не дал его родной народ.
Ба-лин-та подошла к ней и взяла за руку. Этот жест любви прогнал остатки страха:
— Что ж, тогда возьмите его с собой.
Ба-лин-та и Уолтер, приплясывая, закружились по комнате, но взрослые хранили молчание из уважения к матери мальчика. Ренно с удовольствием принял на себя новую обязанность и пообещал научить Уолтера охотиться, ловить рыбу и