Бесконечное лето: Не чужие (СИ) стр. 133
палуба больше не пустует, кроме капитана здесь еще четверо. Белые куртки — кители, что ли? Во-вторых, на поясах у них короткие черные цилиндры, похожие на табельное оружие.
Офицеры? Навигаторы? Старшие матросы? Один хрен. Главное — их много, они взрослые и наверняка знают, что делать при попытке захвата капитанского мостика. А мы? Что знаем мы?
Навигаторы и капитан смотрят на нас, на их лицах переливаются отблески какой-то интерактивной красочной карты в центре помещения. На них ничего нельзя прочитать. Пауза длится недолго, секунды две, но я успеваю обдумать с полдюжины вариантов действий и все поголовно забраковать. Что нам говорит по этому поводу тактика? Тактика говорит, что самый проигрышный вариант — это пропуск хода. Бездействие. Все остальное можно переиграть.
Капитан Хайпаэр понимает все быстрее прочих и размыкает узкие губы.
— Yabhati!
Я нахожусь ближе всех к выходу и вижу происходящее с какой-то дикой, непривычной перспективы. Полутемное помещение, озаряемое неживым синим и колдовским зеленым цветом от экранов и голографических карт. Группа людей в белых офицерских мундирах посреди нее. И на первом плане, спиной к зрителю, то есть мне — пять замерших в напряженных позах черных силуэтов.
Алиса и Славя в боевой стойке — штурмовая группа. Славя завязала отросшие волосы в короткий хвостик, рыжая обходится без этого. На стороне блондинки армейская выучка, Алиса просто хочет подраться. Нет, не так — ей необходимо подраться. Накопленная ярость ищет путь наружу.
Ульянка со своей недо-заточкой замыкает левый фланг — предполагается, что она быстрая, верткая и сможет прорваться к капитану и не дать нажать тревожную кнопку. То есть это сама Ульянка так предполагает, у меня есть сомнения.
Мику и Лена — это вроде как связывающие и изматывающие войска. Их задача — падать под ноги и затруднять перемещение. Заметили, насколько сильно выручает нас нестандартное мышление и творческий подход к вопросу?
Я — мало-оперативный резерв, потому как с быстрым передвижением есть проблемы. Мне положено поглядывать командирским оком на общий бардак и в меру сил делать так, чтобы бардак двигался в нужном нам направлении.
В последнюю секунду мне приходит в голову, что мы, все шестеро, как есть — отряд самоубийц, и шансов выполнить задуманное нет ни одного. А потом мысли смываются, унесенные прочь могучим потоком адреналина.
Тридцать один.
Бах! Алиса скользит мимо одного из начавшего двигаться беломундирников, задирая апперкотом инопланетянскую челюсть в ближние небеса. Парень щелкает зубами и мешком валится на пол, мало чего соображая, изо рта обильно течет юшка. Ближайшие минут пять он не боец, а нам только то и нужно. Молодец, Алиска!
Хлоп! Славя каким-то ловким движением задирает ногу выше головы, и ее аккуратная ступня врезается второму парню в ухо. Бедолагу ведет в сторону и на пол. Избыточное усилие, как по мне, этому теперь отдыхать полчаса, не меньше. Поставим Славе зачет за старание, товарищи!
Вжж! Ульянка маленькой красноволосой ракетой проезжает по полу — какой олух вообще делает такие гладкие полы на капитанской палубе? По ним же бегать невозможно, только ездить. Примерно так, как едет сейчас Ульяна, между топочущих ног и валяющихся тел. Только чужих. К счастью, пока только чужих.
Бешено что-то кричит капитан Хайпаэр, но мозг отказывается воспринимать эту кашу и