Бесконечное лето: Не чужие (СИ) стр. 29
и не подсвечивали вспышки от попаданий ракет. Только вдалеке, за горизонтом и ближе, вставали черные столбы дыма — это горели упавшие штурмовики тряпок. Хорошо горели, качественно.
Словом, вторжение пока не состоялось. Правда, не было и наших вертолетов, не шуршали соосными винтами о холодный воздух малютки-«камовы», не парили в вышине свидниковские «мили», похожие на печальных скумбрий**. Традиционного радиообмена и порыкивания аварийно-спасательных машин и «скорых» поблизости тоже не слышалось. Тихо было вокруг и пустынно.
Нас просто бросили.
Нельзя сказать, чтобы меня это сильно удивило. Человеческая жизнь в современных условиях не стоила вообще ничего, даже меньше, чем ничего — сплошные убытки из-за расходов на поддержание жизнедеятельности без явного положительного результата. Но хотя бы разведывательные партии должны были послать? Оценить ущерб для оборудования, по возможности эвакуировать тела — а то ведь завоняются там, внутри, нехорошо выйдет. Логично?
Логично. Значит, машина есть, и недалеко. Осталось ее найти. Но только сначала нужно сделать еще одно важное дело.
Уложить Алису на землю. Подложить под ноги свернутую куртку, усилить приток крови к мозгу. Стереть грязь и мерзость с лица. Расстегнуть воротник, ослабить пояс. Теперь вроде на бок нужно перевернуть? Или искусственное дыхание сначала? Черт…
Через балку пролетел порыв холодного ветра. От города донесло запах дыма, огня и химии. Алиса вздрогнула и открыла глаза.
— Чего пыришься, извращенец? — поинтересовалась она слабым голосом. Зрачки у нее были нехорошие, сотрясение, как минимум. Детский сад, учитывая чуть было не случившуюся альтернативу. — Небось даже изнасиловать не догадался, когда я в отрубе валялась?
Я и она. Все было как обычно. Все было как раньше. И мы не победили в упорном бою злобных пришельцев, и не освободили планету от их злого могущества, не вырвали победу из их скрюченных лапок, не покончили одним ударом с долгими месяцами чудовищного напряжения и боли. Так бывает только в сказках.
Но Алиска осталась в живых. Это было несравнимо, в тысячу раз важнее.
— Закусывать надо, Двачевская, — сообщил я, отворачиваясь от прекрасного видения. — Тогда и вырубать не будет. Нашел тебя в луже блевотины, весь перемазался, пока тащил.
— Да на хрен тебя, дебила, — среагировало видение. — Надо было и бросить там же, но когда бы ты еще до девушки дотронулся, чертов калека? Стопудово все форменное хэбэ обтрухал, пока об меня терся.
— Не за что, гражданка слот-машина, совершенно не за что, — я принялся взбираться вверх по склону. Голова, несмотря ни на что, работала четко, как ЭВМ в центре. Обзывалку, к примеру, я придумал буквально за секунду.
— Это почему это я слот-машина? — озадачилась Алиса. Она не пыталась встать, но следила за мной внимательно, часто моргая и сглатывая.
— Потому что однорукий бандит, почему же еще. Я поищу наших, а ты пока валяйся.
Вокруг холма с аварийным выходом было натоптано множество тропинок, и подниматься было легко. Надо думать, гражданские тут гуляли частенько, несмотря на все запреты и дозоры. Место-то хорошее — живописное, а на миру, как говорят, и смерть красна.
Машины обнаружились на третьем от нас пригорке, поближе к мосту. Общевойсковая, типа «Урала» с маячками, и еще «скорая». Подумали-то о нас, бродяги. Могли бы и просто труповозку вызвать.
* * *— Ну что ж ты за зараза такая, прости господи! — Лицо