Бесконечное пламя стр. 362
А я буду только переживать, как ты поедешь по пустоши без меня и без меча.
Адайра смотрела на него из-под полуприкрытых век.
– Я должна тебя вооружить, мой соперник.
– Я взял с собой кинжал, когда отправился на Запад, – ответил он. – Кинжал правды. Он, наверное, все еще у Рэба. Как и арфа.
– Точно. Я проверю.
Она начала пятиться, но Джек притянул жену обратно и наклонился, чтобы прикоснуться губами к ее губам.
– Будь осторожна, Адайра, – прошептал он.
Девушка запустила пальцы ему в волосы и ответила легким дразнящим поцелуем, от которого у него взволновалась кровь. Но Джек заметил, что мыслями она далеко. Он чувствовал это, прикасаясь к ее телу, скованному тем же напряжением, какое владело и им.
Через несколько часов ей предстоял ужин наедине с Морэем. Через несколько часов ей предстояло смотреть, как ее брат либо истечет кровью на песке, либо убьет отца Джека.
Этот день был уже отмечен болью и противоречивыми переживаниями, а на дворе стояло только утро.
– Я скоро вернусь, – сказала Адайра, и ее пальцы выскользнули из его волос. Джек выпустил ее из объятий. – Закрой за мной, бард.
Он кивнул.
– Передай Кае привет.
– Передам, – сказала Адайра, переступая через порог.
Выходя в коридор, девушка не обернулась, но она была не из тех, кто мешкает, глядя назад. Джек смотрел ей вслед, пока она не скрылась за углом. Он запер дверь и сел за стол.
С чего же начать?
Джек взял разорванную книгу Джоан. Ему было любопытно посмотреть, что содержалось в каждой из частей. Пробежав глазами первую половину, он узнал некоторые из преданий. Когда же пролистал вторую, там повстречались истории о духах, которые ему никто не рассказывал. Рассказы и песни, уходящие корнями на Запад.
А потом, что страннее всего, он нашел записку, спрятанную между страниц.
«Игэн меня пугает. Я больше не доверяю ни его музыке, ни его словам. Когда он играет и поет, в его глазах просвечивает нечто страшное и невыразимое».
Джек замер, глядя на написанные рукой Джоан слова. Вдруг из-за этой записки книгу и разорвали пополам? Вдруг кто-то боялся, что об опасениях Джоан узнают другие?
Утратив равновесие, Джек аккуратно отложил обе половинки книги и стал просматривать сочинение Игэна. Чем дальше он углублялся в балладу, тем ярче разгорались огонь в очаге и свечи, словно внимание Джека оживило Лорда Пепла.
Его занятие прервал вежливый стук в дверь. Подошло время обеда, утренние часы утекли как вода сквозь пальцы. В коридоре стояли две служанки: одна держала в руках поднос с хлебом и супом, другая – бесформенный узелок, в котором скрывалась арфа Джека и клинок правды.
Бард вздохнул, получив назад инструмент и кинжал. Он долго и неспеша рассматривал их, проводя пальцами по рукоятке кинжала и по струнам. И то, и другое оказалось в хорошем состоянии, вопреки его опасениям: он переживал, что Рэб разобьет арфу и сломает кинжал. Что он лишится и того, и другого.
Джек заставил себя немного поесть, прежде чем вернуться к своему занятию.
Он нашел баллады, посвященные каждой из четырех стихий. Песня для Пепла оказалась самой страшной, превратившей ноты и слова в оковы и оскорбления с намерением унизить огонь. Эта песня требовала от Лорда Пепла обломки его