Бесконечное пламя стр. 460
когда он взглянул на Сидру, девушка увидела, что глаза у него прояснились.
Она поспешила к Кейрену. Когда целительница увидела, что второй стражник начал приходить в себя, у нее учащенно забилось сердце и вырвался вздох облегчения. Сидра могла поклясться: у нее за спиной стоит бабушка и глядит на внучку с гордостью.
Наваждение прошло. Вельможи снова принялись спорить, и некоторые потянулись к выходу. Голос Иннес заставил всех замолчать:
– Из зала никому не выходить!
38Двери чертога закрыли и поставили возле них стражу, а Иннес велела танам с наследниками вернуться на свои места за столом. Нетронутое угощение остыло, свечи начали оплывать, обтекая воском, как слезами. Адайра осталась на ногах, переводя взгляд с Иннес, которая излучала гнев, на Сидру, которая заботливо ухаживала за стражниками. Будто столкнулись два мира, и Адайра не знала, где ее место, перейти ли ей на сторону Сидры или остаться в тени Иннес.
Джек, похоже, тоже не мог сделать выбор. На его лице отражалась тревога. Он остался стоять возле тамерлейнских стражников, но смотрел на Иннес. Адайра задержала на муже взгляд. Мысли у нее путались.
Не догадайся Сидра дать стражникам отпить из кубков, Адайра одним махом лишилась бы и Сидры, и Джека.
– Кто отравил вино? – повторила Иннес свой вопрос, обходя стол.
Таны не поднимали глаз, когда она проходила.
– Мы останемся здесь на всю ночь и на весь день, и на следующий, и так далее, пока один из вас не сознается в содеянном, – добавила Иннес.
– Ты не можешь нас тут запереть, – вполголоса проговорил Рэб.
Иннес остановилась.
– Что такое? Говори громче и смотри на того, к кому обращаешься.
Рэб осмелился поднять глаза и встретить ее пронзающий, словно меч, взгляд. Лицо его горело, а вид был мрачным.
– Я сказал, что ты не можешь держать нас здесь, лэрд. Всего-то какое-то отравление, никто даже не умер.
– Решетка опущена, и гроза бушует, – ответила Иннес. – Вам некуда идти.
– Он хочет сказать, лэрд, – поспешила добавить его мать, Гризельда, нервно постукивая по столу унизанными драгоценностями пальцами, – что это гнусное деяние мог совершить не кто-то из нас. А кто-то из вашей же прислуги. Я слыхала, на кухне среди поварят ходили какие-то толки.
Иннес стиснула зубы.
– Приведи, пожалуйста, всю прислугу с кухни, – сказала она, обернувшись к Дэвиду.
Тот кивнул и второй раз за вечер вышел из чертога. Стражники, стоявшие у дверей, пропустили его, и потянулись минуты напряженного молчания.
Адайра почувствовала на себе взгляд Джека. Она посмотрела на него в ответ, и их мысли были как зеркала, отражавшие друг друга.
«Что задумала Иннес?»«Не знаю».Неопределенность, будто тяжелая мантия, давила на плечи Адайры.
Вскоре из кухни пришли слуги. Они выстроились в шеренгу, растерянно нахмурившись при виде нетронутого угощения, сидевших в напряженных позах танов и Иннес, застывшей, словно статуя.
– Сегодня в кубки двух Тамерлейнов подлили яд, – объявила она. – Может кто-то из вас сообщить что-то о виновнике этого преступления?
Слуги молчали, не решаясь заговорить. Но тут руку подняла одна служанка, девушка с рыжей косой и в обсыпанном мукой фартуке.
– Я сделала это по приказу, лэрд, – призналась она. – Я не хотела, но у меня не было выбора.
– А кто отдал тебе такой приказ?
Девушка посмотрела на гостей и вытянула