Бесноватый Цесаревич-5 стр. 180
и передать земли за небольшую ренту. Мои финансисты посчитали, что только это увеличит твои доходы более чем на седьмую часть. Заводы, рудники и прочие активы остаются у монаршей семьи. Зато мы получаем огромный общественный успех. Император лично подал пример. Думаю, уже через несколько месяцев тебя назовут Александр — Освободитель.
Не всё так просто. Работы и проблем там на годы. Но дело верное. Да и с трудом скрываемые чувства братца показали, что наживку он заглоти. Я это понятие уже запустил в народ и оказался прав. На фоне неадекватной трансформации своей личности, Император готов был хвататься за любую возможность прославиться, а лучше увековечить свои деяния. И здесь я бил в яблочко. Гарденберг между тем подтвердил верность моих доводов.
—Но что ответить на предложение землевладельцев?
—Ничего, — отвечаю максимально сухо, — Закон вступает в силу примерно на условиях государственных крестьян. Мужик получает землю. И не какой-то лоскут, а полноценный участок. И нет больше никаких общин и общих выплат. Строго семейный или артельный уклад. Последнее даже выгоднее.
—Помещики не согласятся, — прогундосил Румянцев, — Они просто лишаются земли.
—Не согласен. Дворяне лишаются власти, которая им никогда не полагалась. А так они получат ренту. Если хотят развивать земледелие, то пусть работают на общих основаниях. Но теперь у них просто нет рабов. И никто не собирается спрашивать их мнения. Они нам уже предложили свой скомороший проект. Даже в новых условиях, у землевладельца есть возможность зарабатывать. Надо только к этому стремиться. Государство со своей стороны должно открыть Крестьянский банк, дабы помочь мужику на первых порах. Предлагаю не тянуть и провести первый этап реформ уже в этом году. Заодно выберем несколько губерний, например, Московскую, Владимирскую и Тульскую, где обкатаем указ. Далее просто учтём все ошибки перед общероссийскими реформами.
Споров хватало, но никто из присутствующих не предложил грамотного проекта. Я же просто решил рубить сплеча, воспользовавшись общественным испугом. Надо просто продавить свои идеи. Восстаний и бунтов я не боюсь. На что-то массовое аристократия уже неспособна. Максимум заговор, который мы быстро купируем. Так чего тянуть? В моей реальности это был прусский план отмены крепости, который провёл Гарденберг. Вот пусть теперь сделает это в России. Экономика и политика не те сферы, где нужно действовать в стиле стремительных кавалерийских атак. Но ситуация сама дала такой шанс.
В итоге это скоротечное и плохо подготовленное совещание стало историческим. Понятно, что Кабмину и чиновникам придётся провести огромную работу. Но главное — эпохальное решение принято. И Александр уже может натягивать на себя титул Освободителя. Судя по довольному виду, ему этого очень хочется. Прямо ребёнок.
Мне же потом пришлось долго обсуждать технические детали с Гарденбергом и Сперанским. В общем-то, этому я и планировал посвятить всё время перед отъездом на юг.
Дети уехали в Херсон сразу после похорон. Мраморный дворец меня тяготил и немного раздражал своей суетой. Поэтому я остановился в одной из усадеб на Васильевском острове, благо они здесь ещё были. Добротный двухэтажный особняк, большой парк и много пристроек. Плюс охрана спокойно держала периметр, никаких хождения школяров и прочих лишних людей. Заодно близко ко всем государственным учреждениям. Я полностью посвятил себя работе, но чувствовал, что вечно так