Библиотека

Бесстрашный стр. 100

Размер шрифта
-
+
Тема

Неизрасходованные обрывки «чёрного облака» таились то тут, то там, ожидая случайных путников, призывая их магическим зовом. Счастье, что на меня эта злая магия действовала иначе, чем на других. Я просто чувствовал направленную на меня энергию, ощущал её злобную суть и притягательное коварство — «честное» обещание дать всемогущество каждому, кто к ней прикоснётся.

Своему охмурению злом я не препятствовал. Будто «заворожённый», подходил к очередному отыскавшемуся среди камней обрывку-ошмётку и касался его рукой.

После такого прикосновения чужая магия исчезала бесследно.

Хорошая всё-таки штука — иммунность. Что бы я без неё делал?..

Из очищенного от злобной магии замка я выходил через другие ворота. Калитка в них оказалась открыта. Почему, стало понятно снаружи. На середине моста лежали утыканные стрелами мужчина и женщина. В мужчине я с некоторым удивлением опознал Сториса — предателя-сотника из Пустограда, открывшего ворота врагам во время первого штурма города. Женщина тоже показалась знакомой, но, кто она, я узнал от Тарзия.

— Это Лаирта, безранговый маг, любовница Сториса. Наверное, эта она подговорила его продаться имперцам.

— Кто их убил?

— Думаю, они где-то прятались, а потом попытались сбежать. Мы побоялись, мессир, что они отравлены и несут скверну, — развёл руками големщик. — Пришлось пристрелить от греха.

— Вы поступили правильно, — одобрил я сделанное.

Тарзий вздохнул:

— Он мог стать героем, а стал предателем.

Я усмехнулся, вспомнил одного персонажа недавней российской истории и покачал головой:

— Нет, мастер. Героем он стать не смог бы.

— Почему? — удивился маг.

— Да потому что герои, мой друг, — я сделал вид, что задумался. — Герои гибнут на посту, а не с б…ями

на мосту.

— Я это запомню, мессир, — с неожиданной для такой «шутки» серьёзностью кивнул мастер…

На площади, где стоял требушет, мы встретили Тура.

— Что ты здесь делаешь? У вас неприятности? — кивнул я в сторону стен.

— К нам гости, Димир, — наклонил голову «герцог-охотник».

— Гости? Какие гости?

— Верховный маг Ризен. Собственной персоной…

Глава 24

Во временном лагере, раскинувшемся за городскими стенами, я очутился уже через десять минут. Единственный оставшийся в живых маг Конклава, да ещё и его глава, лично прибывший в ставку мятежников — это было действительно интересно. Интересно в том плане, зачем он всё же припёрся? В качестве парламентёра, предложить сделку, сдаться, встать под наши знамёна, обмануть, запугать, устроить диверсию…

Последнее у него навряд ли получится, даже при всём желании. Запугать тоже — против иммунного и армии, уже испробовавшей вкус настоящей победы, никакие магические ухищрения не помогут. Перейти на сторону противника — в этом нашёлся бы смысл неделю назад, но никак не сейчас. Сейчас, после Шаонара, даже верховный маг — фигура не слишком сильная. Без подпитки энергией его можно задавить пускай и не быстро, зато гарантированно.

Поэтому, хочешь не хочешь, остаются лишь два варианта.

Первый: чувак приехал, чтобы обговорить условия сдачи.

Второй: предложить перемирие.

И то, и другое не подходит мне от слова совсем. Потому что капитуляция может быть только безоговорочная, а перемирие никому здесь и нафиг не нужно. Не для того сюда шли, чтобы какие-то перемирия заключать, да ещё с тем, для кого обмануть — что высморкаться. И это я даже не про верховного, а про его патрона — вечно живого хозяина Великой Империи…

Ризена я обнаружил в специальном шатре в центре лагеря. Снаружи шатер охраняли парни с каторги во главе с Буром. Внутри рядом с верховным дежурили шестеро увешанных рунными артефактами батальеров. На запястьях у мага красовались антимагические наручники — их у нас оставалось ещё штук пятнадцать.

Тур в шатёр не входил, сообщив перед пологом:

— Ризен сказал, говорить будет только с тобой. И чтобы никого из нас рядом не было… ну, в смысле, тех, кто был вместе с тобой у Пустой горы.

— И вы согласились? — прищурился я на «охотника».

— Согласились, не согласились — какая разница? — пожал он плечами. — Как ты решишь, так и будет. Скажешь, будем присутствовать. Не скажешь, не будем.

Я хмыкнул, но развивать эту тему не стал. Просто хлопнул охотника по плечу и вошёл внутрь.

— Оставьте нас, — приказал я противомагам своей баталии, когда вдоволь насмотрелся на гостя, сидящего, скрестив ноги, на грубой циновке.

Драаранцы ушли.

Я уселся на циновку напротив.

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.