Бестия стр. 349
— или убедил себя в том, что хотел.
— Понятное дело, она повсюду появлялась со своим поклонником. Я лично видела его только однажды, в день их отъезда, в субботу. Помахала им вслед, когда они уезжали.
— Николас Вирсон, — напомнил Уэксфорд.
— Совершенно верно. Дэвина как-то упомянула имя Николас.
— Он был на похоронах.
— Правда? Я была настолько расстроена, что ничего не помню. Это все, о чем вы хотели меня расспросить?
— О чем хотел, я еще и не начинал спрашивать, миссис Максэмфайр. Хочу попросить вас о любезности. — Так ли? Или о великом жертвоприношении с его стороны? — Дэйзи хорошо бы держаться подальше отсюда по целому ряду причин, в которые мне не хотелось бы вдаваться. Я хотел спросить, не пригласите ли вы ее погостить у вас? Хотя бы на неделю, — он заколебался, — или две. Как вы думаете, это возможно?
— Да она не поедет!
— Почему? Я уверен, вы ей нравитесь. Уверен, что она с удовольствием поживет у человека, который знал ее бабушку, с которым можно поговорить о ней. Эдинбург — красивый, интересный город. Кстати, как у вас с погодой?
В ответ он опять услышал милое хихиканье.
— Боюсь, льет как из ведра. Но я, конечно же, приглашу Дэйзи. С радостью повидаюсь с ней — просто мне самой это и в голову не приходило.
Подчас недостатки системы оказываются весомее разумных доводов, как, например, в случае создания на месте происшествия следственной комнаты. Преимущество последнего решения уже в том, что всегда собственными глазами видишь, кто туда приезжает.
Этим утром Уэксфорд не заметил ни автомобиля Вирсона, обычно поджидавшего хозяина между бассейном и парадным входом, ни автомобилей обитателей усадьбы; зато появился небольшой «фиат», принадлежность которого Уэксфорд определить не смог. Он безусловно видел его раньше, но у кого?
На этот раз важно не пропустить заблаговременно открытых дверей и отъезд посетителей. С другой стороны, что мешает ему потянуть за веревочку дверного звонка, получить разрешение и нанести
третий, или какой он по счету, визит тет-а-тет? Последнее соображение пришлось Уэксфорду не по душе. Какое он имеет право вмешиваться в ее жизнь, лишать уединения, препятствовать ее желанию вести свободную, пусть отшельническую жизнь?
Куини, персидская кошечка, пристроилась на бордюре бассейна, не отрывая глаз от зеркальной водной поверхности. От этого занятия ее лишь на мгновение отвлекла собственная лапка: приподняв ее, кошка принялась созерцать пушистые серые подушечки на внутренней стороне, словно решая, годятся ли они как инструмент для ловли. И тут же снова застыла в позе сфинкса, подвернув под себя обе лапки и уставив неподвижный взор на воду и резвящихся в ней рыбок.
Уэксфорд прошел задами мимо конюшен, обошел дом и проследовал к террасе. Он испытывал смутные терзания, что злоупотребляет гостеприимством, но она ведь знает об их присутствии, знает и не возражает. Пока он здесь — она в надежных руках, в безопасности. Он оглядел дом с тыла, впервые обнаружив, что этой части георгианская отделка не коснулась. Задняя часть дома во многом сохранилась в прежнем виде, как было задумано веке в семнадцатом: наполовину обнажившиеся деревянные конструкции, верхние окна с рейками.
А кто построил оранжерею? Дэвина? Успев до того момента, когда любая реконструкция требовала уже разрешения Бюро по охране памятников? Он подумал, что подобные