Битва за Степь. От неудач к победам стр. 171
пользовался неограниченным доверием губернатора и имел на него определенное влияние. По представлению Перовского Никифорова зачислили в офицеры Генерального штаба, хотя он не оканчивал военной академии. Следует отметить, что Никифоров отличался полным бескорыстием и заботой о солдатах. Обо всех замеченных упущениях по отношению к нижним чинам он немедленно докладывал Перовскому. По этой причине высшее офицерство Оренбурга Никифорова не любило, считая выскочкой, неучем и губернаторским холуем.
* * *Подготовка к походу началась, но прежде Перовскому надо было решить дела, может более мелкие, но тем не менее весьма насущные. К концу 30-х годов по всей Казахской степи начались волнения, вызывавшие необходимость принять меры по водворению порядка среди казахов. Уже давно теснимые русскими отрядами, приграничные казахи стали отходить от русской линии в глубь степей, а сторонники прежней вольности производили смуту, подстрекая всех кочевников к выселению из русских пределов. Во главе противников России был султан казахских родов, кочевавших в Семиречье и на Сибирской линии, Кейнесары-хан Касымов, принадлежавший по происхождению к одному из самых знатных и влиятельных казахских родов. Под влиянием его агитации приграничные казахи задумали уйти из России, но были силой задержаны на пограничной линии и большей частью возвращены обратно. Лишь небольшое число их успело прорваться и соединиться с передовыми шайками Кейнесары-хана, уже объявившего себя независимым владетелем казахских степей и угрожавшего нашим поселениям по Сибирской линии.
Для усмирения казахов из Сибири был отправлен отряд под командой полковника Горского – несколько казачьих сотен и две пушки. Встретив войско казахов около Джениз-Агача, Горский их разогнал, заняв селение.
Однако все еще не прекращались дерзкие грабежи, производимые кочевыми казахами адаевского рода с восточного берега Каспийского моря, которые также истощили терпение российского руководства. И Перовскому было велено из Петербурга принять соответствующие меры и отбить у разбойников желание впредь грабить наши приграничные селенья. В карательный поход Перовский решил послать казаков зимой, так как восточный берег Каспийского моря до Мангышлака лишен воды, которую в зимнюю пору можно было заменить снегом. К тому же казачьи лошади быстро привыкают к снежному насту. Кроме этого, сами казахи из-за трудностей перегона скота по снегу зимой, как правило, не кочуют, а находятся в одном месте, где их легче перехватить.
Карательный отряд был определен в пятьсот отборных уральских казаков. Снаряжали его с двухмесячным запасом фуража и провианта, на лучших киргизских лошадях. Отряд готовился тайно и поспешно. Официальная легенда гласила, что это очередной наряд казаков на пограничную линию. Начальство над отрядом Перовский вверил полковнику Мансурову, помощниками были определены подполковник Данилевский и штабс-ротмистр Челяев. Для достижения цели экспедиции необходима была быстрота, чтобы киргизы не успели откочевать в глубь степи к хивинским границам и избежали наказания за грабежи. Поэтому верблюдов не брали. Каждый казак ехал в санях, где находилось его двухмесячное продовольствие и фураж для лошади. Достигнув Новоалександровского укрепления (500 верст от Гурьева), отряд должен был оставить сани в укреплении и дальше уже действовать верхом, приводя в чувство разбойных казахов, кочевавших в трехстах верстах от Новоалександровска.
* * *Из станицы Сарайчиковской отряд выступил 21 ноября. Достигнув Гурьева, перевели дух и далее уже двинулись через море по льду, держась рядом с берегом. Отряд двигался стремительно по 50 и более верст