Благословение небес стр. 127
вы в самом деле целились в шнурок на ботинке Роберта!
Ян улыбнулся и передал ей пистолет.
– Вообще-то меня страшно подмывало выбрать целью более уязвимое место.
– Я не верю, что вы говорите это серьезно, – сказала она, принимая пистолет и поворачиваясь к ветке.
– Отчего вы так в этом уверены?
– Вы сами говорили, что не считаете возможным убивать людей только за то, что они в чем-то не согласны с вами. – Она подняла пистолет, прицелилась, выстрелила и вообще не попала в цель. – У меня очень хорошая память.
Ян подобрал второй пистолет.
– Мне странно это слышать, – медленно проговорил он, поворачиваясь к цели, – особенно после того, как вы забыли о собственной помолвке. Кстати, а кто был тот пижон, с которым вы были обручены? – безразличным тоном спросил он. Потом прицелился, выстрелил и попал точно в цель.
Элизабет в это время перезаряжала пистолет и потому немного задержалась с ответом. Его вопрос, заданный невзначай, только подтвердил ее мысль, что флирт не воспринимается в свете серьезно, и люди, которые ранее состояли в связи, потом могут спокойно вспоминать о ней и даже поддразнивать друг друга. Пока Ян заряжал остальные пистолеты, Элизабет стояла и думала, насколько же приятнее говорить об этом в легком шутливом тоне, чем лежать по ночам без сна, изнывая от тоски и горечи. Какой же она была глупой. И как же глупо она будет выглядеть сейчас, если не сможет говорить об этом легко и спокойно. Есть даже что-то забавное в том, чтобы говорить на эту тему, перемежая вопросы и ответы грохотом выстрелов.
– Виконт Мондвэйл был кем угодно, только не пижоном, – наконец ответила она, улыбаясь.
Он был явно удивлен, однако голосом этого не выдал.
– Это был Мондвэйл?
– М-м-м. – Элизабет отстрелила кончик ветки и засмеялась от удовольствия. – Я попала! Три – один, в вашу пользу.
– Шесть – один, – поправил он.
– Все равно – я попала, так что берегитесь!
Он передал ей пистолет, и она опять прицелилась.
– Почему вы так и не вышли за него?
Элизабет на мгновение напряженно застыла, потом постаралась расслабиться и ответить в том же легком тоне:
– Виконту Мондвэйлу показалось немного странным, что его невеста проводит свободное время, уединяясь с Яном Торнтоном в коттеджах и оранжереях.
– И сколько претендентов в этом сезоне? – поинтересовался он, протирая пистолет.
Она знала, что он имеет в виду претендентов на ее руку, и гордость не позволила ей ответить, что в этом сезоне у нее нет ни одного претендента, так же, как и в прошлом, и в позапрошлом.
– Ну… – протянула она, стараясь не выдать выражением лица своего отношения к пожилому любителю херувимов. Полагая, что Ян вряд ли бывает в высших кругах, она решила, что он не должен его знать.
– Ну, например, сэр Фрэнсис Белховен.
На этот раз он задержался с выстрелом и долго прицеливался. – Белховен – старик. – Ян выстрелил, и ветка стала короче еще на один дюйм.
Когда Торнтон взглянул на нее, Элизабет показалось, что взгляд его стал более прохладным, словно его мнение о ней изменилось к худшему. Она сказала себе, что это ей только показалось, и решила не отходить от установившегося между ними шутливого тона. Подошла ее очередь стрелять, и она подняла пистолет.