Благословение небес стр. 190
лестница опустела, так как гости спустились в зал, чтобы лучше видеть ее. И в этой внезапно наступившей паузе был слышен только оглушительный голос дворецкого, монотонно и с расстановкой провозглашавшего: «Граф и графиня Марсант!.. Граф Нор-рис!.. Лорд Вильсон!.. Леди Миллисент Монтгомери!..»
Валери и Джорджина злорадно вглядывались в побледневшее лицо Элизабет и что-то говорили, но их слова ускользали от нее, заглушенные шумом в ушах и ритмичными выкриками дворецкого:
«Сэр Вильям Фицхаф!.. Лорд и леди Эндерли!..»
Отвернувшись от Джорджины и Валери, которые что-то с ненавистью шипели ей в лицо, задыхающаяся Элизабет вполголоса позвала подругу:
– Алекс, кажется, мне нехорошо!
Но Алекс не слышала ее за голосом сэра Фрэнсиса, который изводил ее очередным анекдотом.
«Барон и баронесса Литтлфилд!.. Сэр Генри Хардин!..» Элизабет в отчаянии повернулась к герцогине, чувствуя, что сейчас упадет в обморок или закричит, если не сможет выбраться отсюда немедленно. Ей уже было все равно, что о ней подумают Валери, Джорджина и все остальные, для кого ее появление на этом балу явилось приятной неожиданностью, дав свежую тему для разговоров.
– Мне нужно уйти, – сказала она.
«Граф Титчелл!.. Граф и графиня Ринделл!..»
Герцогиня подняла руку, чтобы прервать свою собеседницу, и наклонилась к Элизабет:
– Что ты сказала, Элизабет?
«Его высочество герцог Стэнхоупский!.. Маркиз Кенсингтонский!..»
– Я сказала… – начала Элизабет, но в этот момент взгляд герцогини обратился к лестничному пролету, где стоял дворецкий, и щеки ее побледнели.
– Я хочу уйти! – вскрикнула Элизабет, но в зале вдруг воцарилась необычная тишина, и ее голос прозвучал неестественно громко.
Оставив без внимания реплику Элизабет, герцогиня, как и все в зале, продолжала смотреть на лестницу.
– Сегодня только этого не хватало! – мрачно процедила она сквозь зубы.
– Пп-простите?.. – не поняла Элизабет.
– У тебя что… обморок? – резко сказала герцогиня, оторвав глаза от лестницы и пронзая Элизабет сердитым взглядом.
– Вообще-то я никогда не падала в обморок, но сейчас мне действительно нехорошо. – Она услышала, как за ее спиной прыснули от смеха Джорджина и Валери.
– Даже и не думай уходить до тех пор, пока я тебе не разрешу, – строго предупредила герцогиня, бросая выразительный взгляд на лорда Энтони Таунсенда – приятного молодого человека, который согласился быть в этот вечер ее кавалером. Быстро оценив значение взгляда герцогини, молодой человек в мгновение ока оказался рядом с Элизабет и подхватил ее под локоть. Большинство присутствующих незаметно передвинулись поближе к лестнице, те же, кто остался на месте, повернули удивленные лица к Элизабет. Но она в этот вечер уже столько раз была в центре внимания, что сейчас осталась равнодушной к тому, что на нее уставились сотни глаз. Девушка чувствовала, что в зале повисло какое-то напряжение, всеобщее волнение нарастало, и она невзначай бросила взгляд туда, где, судя по всему, находилась причина этого волнения. То, что она увидела, заставило ее колени задрожать, крик застрял у нее в горле. На секунду ей показалось, что у нее двоится в глазах, и она заморгала, но видение не исчезло. Плечом к плечу по лестнице спускались двое мужчин – одного роста, в одинаковых черных смокингах, с одинаковым выражением легкого удивления на поразительно похожих лицах. И одним из них был Ян Торнтон.
– Элизабет! – шепнул ей Тони. – Идемте со мной. Мы будем танцевать.
– Танцевать?