Блицкрига не вышло стр. 115
бомбежку, разорван на куски. Теперь туда отправлен «шторхом» Гепнер, сам вызвавшийся полететь, тем более ничего другого для него не оставалось делать. Ведь 2-я танковая под командованием генерал-лейтенанта Рокоссовского (Гудериан накрепко запомнил эту фамилию), буквально смела 4-ю его танковую группу. И немудрено — в составе трех танковых и одной моторизованной дивизии, сильно потрепанных в осенних боях, осталось всего сотня германских танков и штурмовых орудий, по одному неполному батальону на каждый из трех танковых полков. На помощь из рейха спешно отправили на усиление полсотни «панцер-ягеров» на шасси французских «рено» и «гочкисов» с чешской 47 мм пушкой, и два десятка Pz-II, с 50 мм длинноствольными противотанковыми пушками. Именно на них Гудериан надеялся больше всего — но русские не обращали внимания на собственные потери, и начисто истребили всю имеющуюся бронетехнику.
— Надеюсь, в «Фокшанских воротах» Антонеску остановит своих обезумевших от страха вояк, забивших все дороги, — пробормотал Гудериан, рассматривая под тусклым светом высыпавших звезд усеянную трупами и автомашинами дорогу. Русская авиация бомбила днем и ночью, ему самому никогда не приходилось видеть на небе столько самолетов — их было сотни, именно по дорогам высыпали груз бомб. Причем, уже научились бомбить с пикирования, с ужасающим ревом, более страшным, чем на «штукас» — и на румын это производило неизгладимое впечатление. Так что бросали технику и оружие, и драпали из всех сил с воплями «казаки».
Стрельба и сейчас шла где-то в темноте, Гудериана трясло в кузове штабного «ганомага», не прикрытого сверху брезентом. Небольшая колонна из трех бронетранспортеров в сопровождении одного Pz-II и штабной машины на базе танкетки Pz-I уходила на юг, миновав с чрезвычайным трудом город Бырлад, уже захваченный русскими танками. А сверху бомбили и бомбили — русские летали непрерывно, и ночью — вот и сейчас прямо над головой больше часа раздавался гул от тяжелых бомбардировщиков. И казаки были, непонятно как каждый раз оказывавшиеся на пути — так что вопли румын были небеспочвенными, причины имелись. А всадники всегда действуют намного быстрее пеших — а русские исторически используют много конницы, и она до сих пор вполне эффективна, особенно зимой.
— Экселенц, русские парашютисты! Вон планера! Это десант!!!
От вопля над самым ухом Гудериан вздрогнул, ошарашенный. И моментально вскочил с пригретого сиденья, поднялся над стальным бортом и оцепенел от ужаса. По всему пространству, стоило небольшой колонне выскочить из-за леска, огромными «сугробами» высились надутые купола парашютов — тут их были многие сотни, если не тысячи. И маленькие самолетики без моторов чуть в стороне — десятка два — возле них суетились русские, с одного планера выкатили даже что-то, похожее на пушку. А вот это было более, чем серьезно, тут даже танк не поможет — подобьют. И тут же, оправдывая его страх вокруг все загремело — и генерал чутьем опытного солдата моментально сообразил, что происходит.
— Это засада, назад! Быстрее, разворачивайтесь…
Но поздно — обрушился огонь ужасающей силы — по бронетранспортерам в упор били из противотанковых пушек и пулеметов, «двойку» буквально расстреляли из «сорокапяток» в упор — Гудериан заметил эти пушки в сотне метров, они были выкрашены во все белое. Бронетранспортер вспыхнул, спасая жизнь и не желая сгореть заживо, генерал вывалился из кузова.