Блицкрига не вышло стр. 12
Западного фронта по реорганизации механизированных и танковых частей Красной Армии. Да, вы правы, у нас нет столько автотранспорта, чтобы обеспечить наши моторизованные войска по полным штатам. Пожалуй, следует признать, что как бывший начальник автобронетанкового управления генерал Павлов был прав, когда полгода назад возражал против формирования танковых дивизий, предлагая оставить только одни танковые бригады, но тогда некоторые товарищи не прислушались к его мнению.
Сталин медленно прошелся по кабинету, и сказанные им слова означали очень многое — ведь среди «некоторых товарищей» тогда был он сам. Именно Иосиф Виссарионович признал точку зрения начальника Генерального штаба Жукова единственно верной, и хорошо, что бригады Т-26 не раздергали по мехкорпусам, где они оказались бы полностью бесполезными, а распределили по отдельным дивизиям, придаваемых армиям. Но автотранспорта так и не нашлось, его хотели взять по мобилизации из народного хозяйства, потому сформированные соединения представляли собой обычные крайне слабые по составу пехотные формирования с одним артполком, усиленные танковой бригадой из пяти батальонов — четырех легких Т-26 и одного батальона КВ, кое-где замененных на Т-28.
— Думаю, вы правы — из состава этих соединений следует вывести танковые бригады, полностью обеспечив только их требуемым автотранспортом и бронетехникой, но уже по значительно сокращенным штатам. Одну бригаду следует оставить на фронте, вторую держать в резерве для полного укомплектования, и считать их «отдельными». Взамен передать в состав дополнительно по два сформированных по мобилизации полка пехоты, превратив их тем самым в обычные стрелковые дивизии. Мы правильно поняли, товарищ Еременко, предложения командования Западного фронта?
— Совершенно верно, товарищ Сталин, — Еременко постарался ответить как можно уверенно, искоса поглядывая на стопку бумаг, в раскрытой картонной папке, что лежала на столе у «хозяина», а так Иосифа Виссарионовича именовали за глаза, но мысленно. Знакомая папочка, отправленная в трех экземплярах, но по разным «адресатам».
— Что вы скажите на этот счет, товарищ Жуков?
Сталин повернулся к начальнику Генштаба, который сидел за столом рядом с наркомом обороны маршалом Тимошенко, напротив Молотова, Берии, маршала Ворошилова и начальника Главпура РККА Мехлиса.
— Командующий 3-й армией генерал-лейтенант Кузнецов с моего разрешения перевел бывшую 33-ю танковую и две механизированных дивизии из состава 11-го мехкорпуса на штат стрелковых дивизий укрепрайона. Требуется гарнизон для обороны крепости Гродно и нового Неманского УРа, где необходимо незамедлительное усиление. Я дал на этот счет указание — если мы отойдем от Нарева и Бобра, а такое более чем возможно, так как давление неприятеля возрастает, то нужно удержать Гродно и Сопоцкинский узел 68-го укрепрайона. Что касается имеющегося там 11-го механизированного корпуса, то его необходимо перевести на бригадный состав из-за больших потерь в танках и автотранспорте, что стало результатом крайне неудачного контрудара конно-механизированной группы Западного фронта. Это так же касается и механизированных корпусов других фронтов, которые понесли тяжелые потери во время неудачных наступательных действий.
Еременко прекрасно понимал, что их с Павловым предложения еще позавчера (оговорка характерная сделана) тщательно изучены наркомом обороны и начальником Генштаба, и сам Сталин в курсе дела. Жуков специально созвонился с Кузнецовым, благо прямой провод ВЧ из Москвы через Лиду с Гродно у Генштаба имелся. Сейчас Георгий Константинович, прекрасно зная, кто на самом деле явился настоящим инициатором, просто ткнул его носом в