Боевой вестник стр. 112
Хлодвиг поднялся. — Мало было?
— Я уже сказал, повторю сейчас: я не желал ему зла. Но был вынужден на это пойти.
— Хорошо! Ты поставил ему клеймо! И этого не изменить! Но чего ради ты выдумал эту писульку’?
— Ради подкрепления той истины, что у тебя есть двойник, — спокойно ответил Вэйлорд. — На мне лежит не меньшая, а может, и большая ответственность за безопасность королевства, чем на тебе…
— Ах, вот так даже?
— Именно так, государь. Я могу видеть твои ошибки и смею тебе о них говорить.
— И где же ошибка? Задуманные мною реформы ты считаешь ошибкой, как недовольные лорды, что шепчутся на тайных ассамблеях? Ты с ними заодно?!
— Нет. — Вэйлорд сохранял спокойствие, хотя и хмурился. — Меня тревожит затея с подменой. Но я знаю, что тебя не отговорить. Следовательно, я должен принять все меры, чтобы предотвратить непредусмотренные последствия.
— Вот и подписывай свое сочинение сам. Иди к Глендауэру. Ставьте свои закорючки. А от меня убери. Я и без того не знаю, как в глаза смотреть тому несчастному друиду, после того что ты на пару с Блэйдом с ним сотворил!
— Ничего. Ты король. Найдешь смелость и в глаза ему взглянуть. А у Глендауэра я уже был. Он отказывается подписывать.
— Вот как? — Хлодвиг засмеялся. — И отчего же это, скажи на милость?
— Он сказал, что не может подписать бумагу, если ты еще не подписал. Только по старшинству.
— Ну и правильно.
— Подпиши, — не унимался Нэйрос.
— Да что ты за упрямец такой!
— Я упрямец? Хлодвиг, ты сейчас ведешь себя как дитя, не желая оставить простой росчерк на бумаге, хлопнуть по ней куском воска да печатью прижать!
— Дай сюда, безумный лорд, — зло бросил Хлодвиг и, вырвав у него бумагу, торопливо начертал свою подпись. — Печать поставлю, когда другие подписи соберешь. Доволен?
Король устало опустился в кресло и отпил еще вина.
— Не сильно умаялся? — ухмыльнулся Вэйлорд и взял грамоту.
— Что?
— Говорю, не сильно устал, пока расписывался? Не думал, что придется уговаривать тебя так, будто я предложил семимильную стену построить.
— Да ты издеваешься, что ли? То бумагой донимал, теперь будешь язвить, как старая клирица, лечащая клиру запор? Я сейчас возьму и порву все к тринадцатому!
Он снова выхватил свиток.
— Не вздумай! — рявкнул Вэйлорд.
— Что, обделался, волк? — Король расхохотался и еще раз взглянул на текст. — Постой-ка… А какого дьявола здесь имя Элиссы вписано?
— Я же тебе говорил…
— Ты разболтал ей?
— Не надо так кричать. Ничего я ей не разбалтывал. Ты сам это сделаешь. Неужели ты от дочери скроешь? Покинешь дворец, пусть и на несколько дней, а вместо себя подменного оставишь. И она будет считать его отцом. И будет обращаться к нему, как к отцу. И доверяться так же.
Помрачнев, король отошел к окну.
— Вот проклятье… — вздохнул он. — Ах, Элисса. Ты же знаешь, как она относится ко лжи…
— Я знаю. Потому тебе и нельзя ей лгать.
— А ведь столько лет мы все лжем… — Хлодвиг пристально посмотрел на друга.
— Речь сейчас не об этом, государь.
— Да я все понимаю, — махнул рукой король. — Понимаю… Но ведь она лгать не умеет совершенно. Она будет знать, что король подменный. И ей надо будет делать вид, что он — это я. Представь,