Боевой вестник стр. 137
Ты не король сейчас, а чернь, как он и сказал.
— Да неужто мы как бродяги да оборванцы выглядим? Одеты просто, но не столь уж бедно!
— Какая разница. Мы простолюдины. А они властью облечены.
— Ну так, а я как же? Я тоже себя так веду? Или ты?
— Знаешь, Питер, друг мой… Бывает у человека безграничная власть. Вот как у короля нашего славного, Хлодвига…
— Шел бы ты в задницу, Джон…
— Дай договорю, бестолковый ты лоб. Бывает, что человек имеет великую власть, но при этом помнит, что он человек, и по-людски себя ведет. А бывает, что какое-нибудь ничтожество наделят властью вот на столько, — Вэйлорд сжал кончики большого и указательного пальца, — а оно уже чувствует себя полубогом. Но силен своей властью не тот, кто ею кичится, а тот, кто во благо ее обращать умеет и несет это бремя не как роскошную золотую цепь с каменьями, а как первейший свой долг перед людьми и королевством.
— Красиво сказал. — Хлодвиг покачал головой. — И кстати, я проголодался уже. А ты как? Тут есть трапезная какая-нибудь?
— О боги, Питер, прекрати харчевни трапезными называть. Идем.
* * *В харчевнях у рыночной площади свободных мест не оказалось, пришлось идти к гавани, хотя множество кораблей у причалов внушало опасение, что и там все забито. Однако в кабаке «Пьяный кракен» все же нашелся свободный столик.
Морщась, Хлодвиг разглядывал принесенное ему блюдо.
— Знаешь, Питер, в таких заведениях чем больше ты смотришь на еду, тем меньше хочешь ее есть, — произнес Вэйлорд, отпивая пиво. — Так что заканчивай с этим уже.
— Отвратно выглядит.
— А ты вспомни, как мы на одном известном острове ели более отвратительные вещи, да еще с аппетитом, прячась под одним плащом от проливного дождя.
— Эх, да, дружище. То славные были деньки.
По заведению бродил невероятно пьяный мужик в годах, с косматой бородой и взъерошенной шевелюрой. Держа здоровенную деревянную кружку с шапкой пивной пены, он то и дело пытался пристать к какой-нибудь компании, однако раз за разом ему давали понять, что его присутствие более чем неуместно. В конце концов неверные ноги привели его к дальнему столику в углу, за которым сидели двое.
— Чой это вы тут ссдите? — невразумительно выдавил пьяница.
Хлодвиг поднял на него взгляд, затем посмотрел на Вэйлорда.
— Мы ужинаем, — не глядя на приставалу, произнес Нэйрос.
— Фыпьем, а?
— А ну, поди прочь, — зло прорычал король.
— Ты кто такой вообще?! — зашатался пьянчуга. — А я! Я Сэмюель Галиган! Так-то!
— И что с того?
— Я в родстве с самим лордом Галиганом!
Хлодвиг вопросительно уставился на Вэйлорда. Неужто правда? Вэйлорд поморщился и мотнул головой: брешет, дескать.
— Спьяну и самим Первобогом назваться немудрено, — заметил Нэйрос.
— Что-о-о? Да я, между прочим, внебрачный сын короля!
Прыснув пивом, Хлодвиг засмеялся:
— Тебя, глупец, не смущает, что ты старше своего отца в таком случае?
— Что ты там сказал? — угрожающе прошипел пьянчуга.
Склонившись над столом, он оказался справа от сидевшего к нему спиной Вэйлорда. Нэйрос огляделся украдкой, затем поднял руку, вцепился в шнуровку туники Сэмюеля и резко дернул вниз. Пьяница ударился головой о столешницу и рухнул на пол, разлив пиво из кружки и потеряв от удара остатки сознания.
— Дружище! Ну что ж ты так?! —