Библиотека

Большая книга ужасов – 70 стр. 47

Размер шрифта
-
+
Тема

по три часа ждать?! – сварливо осведомился он.

– Молодой человек, прекратите баловаться, – строго сказала оператор. – У меня ваш номер высвечивается, хотите, я его в полицию передам?

– Но я вызывал… – возразил Круглов. – Уже скоро час как вызывал…

– Афанасово, Тенистая, восемь? – спросила девушка.

– Да…

– Ваш заказ выполнен двенадцать минут назад.

– Как? Я ведь…

– Не знаю как. По этому адресу взяли пассажира. Всё.

Гудки. Витька тупо поглядел в телефон. Два непринятых вызова с мобильника отца. По этому адресу взяли пассажиров. Но он ведь не слышал машины. Если бы подъезжало такси, то

это было бы прекрасно слышно…

Звонок. Чёрт…

Круглов вздрогнул. Поглядел на экран. Мобильник отца. Он нажал на кнопку, осторожно, как гранату, поднёс телефон к уху. Звук… Сначала парень его не очень разобрал. Потом понял – это работающий двигатель. А ещё радио, весёленькая такая песенка, про отдых на пляжных просторах.

И вдруг в ухо заорали.

– Нет! Нет! Не надо! Нет!

Кричал мужчина. Но кричал он с таким страхом в голосе, что Витька выронил аппарат. Мобильник упал на пол.

Крики захлебнулись, и теперь вместо них из трубки доносилось рычание и бульканье. Парень не вытерпел, наступил на телефон. Аппарат брызнул стеклянными искрами, Круглов подпрыгнул и наступил на телефон ещё раз. Звук исчез. Витька не мог пошевелиться. Навалилось оцепенение. И страх, он стал гораздо сильнее предыдущего страха. Воздух с трудом протискивался сквозь горло, пальцы мгновенно онемели, ужас… Круглов почувствовал, что сейчас он сорвётся с места и побежит. Как тогда в лесу, в первый раз, когда он собирался напугать Любку.

Он стал дышать. Быстро и громко, заглатывая холодный воздух мелкими порциями, сжимая кулаки.

Он разбил телефон. Раздавил его. Теперь не позвонить…

Запасной. Где-то в квартире должен быть телефон, отец менял вторые трубки раз в год, мать тоже часто, они их не продавали… Кажется, в вазу складывали. Особая ваза, вывезенная из Турции, в ней хранились электронные приборчики, ещё вполне пригодные для использования, но уже устаревшие морально. Кажется, в спальне.

Витька рванул на второй этаж, вдоль по коридору, в родительскую половину. Дверь в спальню была закрыта, но он не стал на это смотреть – вышиб ногой замок, ворвался внутрь. Тут пахло духами, цветами и индийскими благовониями – мать увлекалась Востоком и постоянно воскуривала индийские масла и травки, натирала пузо ленивым бронзовым китайским болванам.

Включил свет. Ему нравилась спальня, хорошее место. Шторы, шкаф старинный, цвета высохшей летучей мыши, тишина, в углу мольберт с картиной – мать иногда рисовала, правда, всегда одну и ту же картину. Грустную пучеглазую рыбу синего цвета. Когда картина была готова, мать дарила её знакомым и сразу же принималась за другую. Сейчас рыба была в средней стадии готовности, правда, прорыв трубы оставил на ней следы, вода смешалась с синей краской, и рыба получилась не грустная, а, наоборот, нарядная и озорная. Но Круглову всё равно стало грустно. Ему показалось, что рыба из другой, предыдущей жизни, которая закончилась по глупости и не начнётся уже никогда.

Впрочем, чрезмерно грустить было особо некогда, парень огляделся и нашёл вазу – на высоком угловом шкафу. Он не стал церемониться, забрался

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.