Библиотека

Больше чем смерть: Сад времени. Неадертальская планета. На белой полосе стр. 41

Размер шрифта
-
+
Тема

— и порядок вскоре восстановился.

— Буш, я спрашивал вас, для чего мы употребляем морковь. Вы корчили из себя шута. После занятий я с вами разберусь.

Буш послал ему в спину взгляд, исполненный презрения.

Он промаршировал от галерки к кафедре, когда после занятий его товарищи понуро вытекали из класса, и встал, ожидая, пока лектор-офицер удостоит его внимания.

— Вы развлекали аудиторию за мой счет.

— Ни в коем случае, сэр. Я просто спал.

— Спал?! То есть вы хотите сказать, что спали, пока говорил я?!

— Я измотан до чертиков, сэр. Этот курс так и напичкан беготней.

— Чем вы занимались до Революции?

— Я художник, сэр. Делал группажи и тому подобное.

— А… Так как вас зовут?

— Буш, сэр.

— Это я знаю. Ваше полное имя.

— Эдвард Буш.

— Ну, тогда я видел ваши работы. — Стенхоуп, казалось, слегка смягчился. — Я сам был архитектором до того, как нужда в архитектуре отпала. Право слово, я восхищался некоторыми из ваших работ — особенно той, что на юго-западной Стартовой Станции. Кое-что явилось для меня настоящим откровением. У меня даже есть — то есть был — ваш каталог… В общем, я счастлив познакомиться с вами, даже в таком окружении и обстановке. Ведь вы, я слышал, опытнейший Странник?

— Да, я давно этим занимаюсь.

— О Господи, а здесь- то вы почему? Ведь вы — поверенный самого Уинлока!

— Как раз поэтому я и здесь, вероятно…

— Да… правда. Я и забыл. Что вы там себе думаете о конфликте Силверстона и Уинлока? Разве не кажется вам, что многие идеи Силверстона очень здравы, хотя и необычны?

— Я не знаю, сэр. Не знаю.

Стенхоуп улыбнулся:

— Здесь больше никого нет; со мной вы можете быть откровенны. Ведь правда, не дело это — ну то, что Режим преследует Силверстона? Как вы думаете?

— Я уже говорил вам, сэр: вы составили весьма основательный курс. Я не могу думать больше. И своих суждений у меня не

осталось.

— Но у вас, у художника, в таком деле должны быть весьма определенные суждения!

— Нет, никак нет, сэр! Волдыри на руках и мозоли на ногах, и никаких суждений.

Стенхоуп рывком встал:

— Вы свободны, Буш. И учтите: еще раз замечу, что вы спите на моих лекциях, — разделаю под орех!

Буш зашагал прочь с каменным лицом. Но только он вышел за порог, как это выражение сменилось злорадным и самодовольным. Нет, шалишь: голыми руками меня взять не так-то просто!

Однако мысль о том, что Режим преследует Силверстона, все не шла у него из головы. Это было действительно похоже на правду. Зачем только, интересно, им понадобилось его суждение об этом?

Прошло еще две недели, прежде чем он получил ответ на свой вопрос. И эти недели, как и предыдущие дни, были заполнены бессмысленной стрельбой, беготней и козырянием. Но наконец взвод впитал последний поток словоблудия на последней лекции, поразил последнюю мишень, пырнул ножом последнее соломенное чучело, пробежал последнюю милю. Они бодро промаршировали заключительные испытания, за которыми последовали личные собеседования с каждым. Так и Буш вскоре очутился в лекционном бараке, с глазу на глаз с лысым, как бильярдный шар, капитаном Хауэсом и капитаном Стенхоупом.

— Присядьте, — начал Стенхоуп. — Мы немного поспрашиваем вас — проверим ваши знания, а заодно

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.