Божьи куклы стр. 78
Тоней, взяв с них слово хранить эту историю в тайне.
– Да, – сказал Олег, – а ты знаешь их в лицо? Тебе Тоня описывала их внешность?
– Нет, – сконфузился Северьян, – не знаю.
– Тогда как мы будем их искать? – спросил Олег. – Ведь ты не будешь бить кому-то морду только из-за того, что тебе показалось, что мужик как-то не так на тебя посмотрел? Можно и ошибиться. И спрашивать у каждого встречного, он ли изнасиловал твою девушку, тоже не станешь.
– Сначала надо узнать, есть ли на них фоторобот в милиции и видела ли что-то сама Тоня, – добавил Николай.
– Хорошо, – ответил Северьян, – я спрошу у ее мамы.
– Потом подходи, поговорим. Но мы не против. Таких гадов надо бить, а лучше расстреливать! – добавил Олег.
– Нет, я ничего не знаю, – ответила грустно Инесса Петровна, когда ей позвонил Северьян.
– Ну хоть что-нибудь? – допытывался мальчик. – Какие-нибудь свидетели были?
– Да в том-то и дело, что не было.
– А тот дед с собакой, что нашел Тоню?
– А что дед, – вздохнула Инесса Петровна, – он же нашел ее через несколько часов после этого. Хорошо, что подключился твой Роман, у Тони воспаление легких, пиелонефрит и воспаление придатков. Врачи говорят, что у нее вряд ли когда-нибудь будут дети. Нам еще повезло, что ее лечат лучшие врачи и она получает лучшие лекарства! Два часа пролежать на снегу поздно вечером в декабре – это не шутка. Спасибо тебе еще раз за Романа, если бы не он, моя дочь или умерла бы, или осталась калекой на всю жизнь!
– Да ладно вам, – сконфуженно пробормотал Северьян, – я тут так, сбоку. Это к Роману все благодарности. Инесса Петровна, а из милиции приходили? Что они говорят?
– Единственный свидетель – сама Тоня, но она тут же впадает в истерику, когда ее просят поговорить об этом, поэтому врачи запретили следователю говорить с ней до ее полного выздоровления. Я сама бы хотела, чтобы их наказали, но боюсь, что это вряд ли случится, сынок. Кроме того, она ничего не помнит.
– Будем надеяться на лучшее, – сквозь зубы процедил Северьян.
– Только не вздумай их искать сам, – всполошилась Инесса Петровна.
– Не волнуйтесь за меня, все будет хорошо, – заверил ее мальчик и, попрощавшись, положил трубку.
Несколько дней Северьян ходил мрачный и задумчивый. Он понимал снова и снова, что найти подонков можно только в том случае, если о них расскажет Тоня. А Тоня не расскажет – она боится. Боится воспоминаний и боится самих мерзавцев. Или не помнит на самом деле. Значит, надо ждать. Может быть, долго. Ждать не хотелось, но мальчик взял себя в руки. Как-то раз после репетиции Роман попросил его остаться, чтобы кое-что обсудить. Зайдя в гримерку, Северьян тут же почувствовал странный аромат.
– Что это?
– Это чай. Лапсан Сушонг, – ответил ему Роман. – Элитный сорт китайского чая. Копченый чай. Хочешь попробовать? Непривычному человеку он может не понравиться, но истинные ценители находят его божественным. Его коптят в дыму сосновых иголок, хвои и шишек. Причем два раза, постепенно. Это был любимый чай Уинстона Черчилля. Вот, попробуй, – и он протянул Северьяну крохотную пиалу.
Тот подозрительно принюхался и с сомнением произнес:
– Пахнет скипидаром или какой-то лыжной мазью.
– Так говорят все новички, – расхохотался Роман, – а я чувствую